Ассиметрия

1. 1. Объективный взгляд

Следует посмотреть на нынешнее положение России по-новому, здраво и объективно. Без обид, эмоций, ностальгии, озлобления. В каком мире мы оказались? Какие угрозы над нами нависли?

Какова конфигурация современной карты мира с точки зрения стратегии? Что мы в такой ситуации должны сделать? А что – из того, что должны -- можем? Как осознается нами самими наше место, и как его видят вне России те силы, от которых, действительно, многое зависит?

Мало кто в нашем сегодняшнем обществе способен спокойно и бесстрастно не только ответить на эти вопросы, но хотя бы задать их. Однако ситуация меняется к лучшему: еще вчера каждая посредственность толкалась локтями, рвалась к микрофону и трибуне, будучи искренне уверенной, что ей есть, что сказать по любому поводу, что она знает ответы на все вопросы. Слава Богу, этот нездоровый ажиотаж улетучивается. Все больше на лицах реальной озабоченности, вопросительности, интереса. Время болтовни (как либеральной, так и патриотической) безвозвратно уходит. Пора менять тональность.

2. Тезис Запада – однополярный мир

На заре третьего тысячелетия сложился однополярный мир. Его единственным актуальным полюсом является Запад, США и их союзники по НАТО (с разной степенью интегрированности).

Этот однополярный мир имеет отчетливый, ясно различимый идеологический облик: это тоталитарно навязываемая космополитическая либерал-капиталистическая модель. На стратегическом уровне однополярный мир опирается на военную мощь США. В общем плане это неразделимые вещи: стратегический потенциал США (и специфика его конфигурации) и либерал-капиталистическая система в политике, экономике, социальном аспекте. Однополярность подтверждается на обоих уровнях (стратегическом и идеологическом) тем, что в настоящий момент на земле нет ни одного военного образования, симметрично сопоставимого с военной мощью США, и нет единой идеологической конструкции, столь же универсальной, распространенной, общепризнанной и общепринятой, как либерал-капиталистическая (иногда с натяжкой называемой «либерал-демократической» -- с натяжкой, так как реальной демократии там мало). Однополярный мир – данность. Если мы не будем признавать этой данности, любые наши построения останутся вне сферы реальности. Признание этого свершившегося факта есть стартовая черта любого ответственного размышления о том состоянии, в котором находится человечество на рубеже тысячелетий. Эта констатация, однако, сама по себе не несет никакой этической оценки. Утверждение о том, что нечто есть, еще не означает, что это нечто есть благо.

Однополярный мир – это обобщающий стратегический, геополитический и мировоззренческий тезис. «Тезис Запада», имеющий свою генеалогию, свою историю, свои этапы. Однополярный мир возник отнюдь не случайно и не вдруг. Это результат становления «тезиса Запада» универсальной категорией, победившей исторические цивилизационные альтернативы. Тезис Запада воплотился в однополярный мир как раз через процесс преодоления всевозможных исторических альтернатив – которые на разных этапах выступали то, как традиционное общество, то как националистические режимы, то как социалистическая система. До самого последнего времени у «тезиса Запада» существовала формальная альтернатива и на стратегическом и на мировоззренческом уровнях. Противоречивые планетарные интересы великих держав в первой половине ХХ века, двухполярный мир (социалистический Восток – капиталистический Запад) во второй половине ХХ века – выстраивались в системы противовесов и противостояний, готовые в любой момент вылиться в прямой мировой конфликт с неопределенным исходом, так как силовой потенциал различных полюсов был в целом сопоставимым. Однополярный мир есть такая реальность, где превосходство тезиса Запада над возможными альтернативными моделями развития цивилизации становится закрепленным и очевидным.

Это означает де факто установление стратегической и идеологической гегемонии со стороны США. Осознание этого выразилось в новом стратегическом термине: «гипердержава». «Великих держав» (до конца Второй мировой войны) существовало несколько, «сверхдержав» -- только две, а «гипердержава» -- одна. Такое положение дел закреплено документально в основополагающих документах американской политики: в частности, в докладе Президента США Уильяма Клинтона от 1997 г. «Стратегические перспективы США в ХХI веке».

Президент США справедливо утверждает, что США на данном этапе (и в их лице весь цивилизационный «тезис Запада») справилось со всеми формальными противниками, со всеми симметричными угрозами и традиционными преградами и вызовами.

«Новый мировой порядок» установился, все формальные препятствия его глобализации сняты.

И здесь начинается самое интересное: в этом документе Президент США говорит о том, что отныне основные виды угроз такому устройству мира могут проистекать из «новых вызовов», которые заведомо будут асимметричными.

Это положение фиксирует объективную реальность: отныне любая стратегическая или идеологическая альтернатива «новому мировому порядку» будем с необходимостью «асимметрична», диспропорциональна сложившейся планетарной системе. Это будет не формальное противостояние двух или нескольких сопоставимых планетарных организаций, но более сложные процессы, когда однозначное и неоспоримое лидерство «тезиса Запада» будет иметь дело с непредсказуемой, пока далеко не очевидной, трудно схватываемой реальностью. Условно в данном документе и на современном политологическом языке она называется «асимметрией» или «новым вызовом».

Еще один приблизительный термин для обозначения этой потенциальной реальности – Евразия.

3. Однополярность со знаком плюс или минус?

имеющий глаза

Олисава Менгеле

Страна глухих

Кино -- излюбленный орган пропаганды. Наиболее эффективный и убедительный. Кино является пролетарским только в условиях диктатуры пролетариата. В условиях диктатуры капитала и атлантистской системы ценностей кино является самым мондиалистским из искусств.

Фильм В.Ходорковского «Страна глухих», показанный недавно по РТР, является примером навязчивой мондиалистской пропаганды.

Сюжет фильма вкратце таков. -- Две девушки -- одна из них глухая воспитанница интерната -- оказываются в критической жизненной ситуации: одна, глухая, теряет жилье и работу, другая подпадает под рэкет из-за долгов жениха, пораженного страстью к рулетке. Их траектории пересекаются, и две судьбы стремятся найти новую точку отсчета. Эта точка отсчета покоится на едва прикрытой сафической ориентации, которая в фильме еще более суггестивна, оттого что подается намеком: интонациями, структурами диалогов, пластикой, использованием шифрованного лесбо-арго.

Что же во всем этом специфически мондиалистского, спросите вы?

Ответ – подспудная базовая идеологемма, зашифрованная в названии: «Страна глухих». Глухая девушка Йяйя -- инициатор сафической линии, в которую вовлекается ее изначально уравновешенная стрейт-подруга -- является носительницей либеральной утопии. Все отличительные признаки налицо: она учит любить и пестовать только себя («живи для себя», «откажись от жертвенности», «плыви по воле волн»), удовлетворяясь децентрированной стихией эстетико-эгоистической женской природы, миром волнистой истерики, свободной от трансцендентного вмешательства этизирующего мужского принципа.

Рефрен кино: «Всэ мущчины ужясно пльохие. Я не любльу мущчин», характерно говорит глухая. Естественно, подбор актеров на мужские роли призван подтвердить это мнение: отталкивающий фенотип жениха, похожего на неудачного певца Александра Ф.Скляра, гухой мафиози по кличке «Свинья», и прочие мужчины представлены эгоистичными самовлюбленными недоумками. Режиссер иллюстрирует тезис Йяйи – «Как такую сволочь можно любить?»

Но индивидуализм, гедонизм, мужененавистничество еще не все. Йяйя описывает свой положительный идеал – «Страну глухих.». Это ничто иное как наивно изображенный либеральный рай – мир развлечений и наслаждений. В котором никто не слышит другого. Где царствуют деньги и нарциссизм, блажь, беспечность и эфемерность. Где прислушиваются к настроению и ценят халяву.

Особое значение уделяется метафизике глухоты. Человек, наделенный слухом, слышащий гамму внешнего космоса, сплетенный посредством слуха с судьбами человечества, соучаствующий в мире, проникнутый социальной гармонией сфер, кажется нелепым юродивым перед лицом замкнутой на себя индифферентной к внешнему миру индивидуалистической глухоты.

Знакомая тема торжества мондиалистских уродов – превалирование вырождения и извращения, мутилированной человечности над нормой. Норма – «фашизм». Только уроды гуманны.

Мы видели по-настоящему жесткие формы этого -- в «Веридиане» Бунуэля, в “Freaks” Тода Браунинга, в апокалиптических антологиях Адама Парфри…

Знакомая тема, которую можно трактовать по-разному. Ходорковский трактует ее в самом мондиалистском духе: мол, что слушать в мире человечества! Будь глухим, наслаждайся собой.

От выстрела в конце фильма героиня глохнет. Теряет жениха, получает заслуженный билет в «Страну глухих».

Эта страна начинается уже сейчас: законы халявы приводятся в действие отказом от социальных и метафизических обязательств. Из ниоткуда появляется богатая мастерская преуспевающего скульптора с лифтом и бесконечным запасом еды-випивки-хрусталя. -- «Стоит только плюнуть на все, оглохнуть перед лицом мира – и все будет как по волшебству». Мечты путан-лимитчиц обретают плоть.

Ходорковский, однако, оставляет интересный намек: ведь глухота, взятая как позитивное качество, есть подчеркнуто антихристианская антиномистская линия. Тот, кто имеет уши (которые у Йяйи так и не отрезали), и не слышит, того не касается спасительное дуновение СЛОВА, которое было в начале.

Последняя точка – скульптура, стоящая в центре мастерской «скульпитера». Это многорукая женская сущность, явно напоминающая черную богиню Кали. Об этой богине в индуизме есть предание, что всех, прикасающихся к ней мужчин (с понятной целью), она превращает в женщин. Эмаскулирующая Черная Мать, Изида, Кибела. Когда эта скульптура, для которой позировала Йяйя, начинает вращаться, зритель мельком замечает, что у нее хвост. Наш начинающий мондиалист Ходорковский проговаривает то, что более зрелые европейские мастера в политкорректной картине никогда не покажут. Сделано ли это сознательно или случайно, но мы знаем теперь, кто стоит в центре «страны глухих», к чему ведет сафическая линия, лимитно-путанский нарциссизм, разинутый рот на изобилие полукриминальной полубогемной халявы.

Неудивительно, что спонсоров и менеджеров у нас находят такие сценарии.

Идеологическая борьба продолжается... И если мы не способны ответить на выпад полноценными евразийскими сюжетами, где мужская этика верности и чести, преданности почве и традиции попирает восставшие черные вихри разнузданного хаоса, то, по меньшей мере, мы можем и должны научиться смотреть на экран правильным взглядом, вычленяя критически суггестивные методологии, с помощью которых нам исподволь внушается деструктивная философия «ничто», ядовитый миф заокеанской «страны глухих» -- мирового острова.