Оглавление

Книга 1 Основы Геополитики
 

От редакции
Введение

Дефиниция геополитики
Теллурократия и талассократия
Геополитическая телеология
Rimland и «зоны-границы»
Геополитика как судьба

ЧАСТЬ 1 Отцы-основатели геополитики

Глава 1 Фридрих Ратцель государства как пространственные организмы
1.1 Образование: немецкая «органицистская
школа»
1.2 Государства как живые организмы
1.3 Raum есть политическая организация почвы
1.4 Закон экспансии
1.5 Weltmacht и море

Глава 2 Рудольф Челлен и Фридрих Науманн «Средняя Европа»
2.1 Дефиниция новой науки
2.2 Государство как форма жизни и интересы Германии
2.3 Концепция Средней Европы

Глава 3 Хэлфорд Макиндер «Географическая ось истории»
3.1 Ученый и политик
3.2 Географическая ось истории
3.3 Ключевая позиция России
3.4 Три геополитических периода

Глава 4 Альфред Мэхэн «Морское Могущество»
4.1 Sea Power
4.2 Морская цивилизация = торговая цивилизация
4.3 Покорение мира Соединенными Штатами - Manifest Destiny

Глава 5 Видаль де ля Блаш «Франция против Германии"
5.1 Картина географии Франции
5.2 Поссибилизм
5.3 Франция за морскую силу

Глава 6 Николас Спикмен «Ревизия Макиндера, центральность rimland»
6.1 На службе Америки
6.2 Коррекция Макиндера
6.3 Шкала определения могущества
6.4 Срединный Океан
6.5 Архитектор американской победы

Глава 7 Карл Хаусхофер «Континентальный блок»
7.1 Война и мысль
7.2 Новый евразийский порядок
7.3 Компромисс с талассократией

Глава 8 Карл Шмитт -- «Бегемот versus Левиафан»
8.1 Консервативный революционер
8.2 Номос земли
8.3 Земля и Море
8.4 Grossraum
8.5 Тотальная война и фигура "партизана"

Глава 9 Петр Савицкий -- «Евразия, Срединная Земля»
9.1 Судьба евразийца
9.2 Россия-Евразия
9.3 Туран
9.4 Месторазвитие
9.5 Идеократия
9.6 СССР и евразийство

Глава 10 Геополитика как инструмент национальной политики
10.1. Планетарный дуализм -- основной закон геополитики
10.2 Геополитик не может не быть ангажирован
10.3 Судьбы ученых -- судьбы держав

ЧАСТЬ 2. Современные геополитические теории и школы (вторая половина ХХ века)

Глава 1 Общий обзор

Глава 2 Современный атлантизм
2.1 Последователи Спикмена Д.У.Мэйниг, У.Кирк, С.Б. Коен, К.Грэй, Г.Киссинджер
2.2 Атлантисты выиграли холодную войну
2.3 Аэрократия и эфирократия
2.4 Две версии новейшего атлантизма
2.5 Столкновение цивилизаций: неоатлантизм Хантингтона
Глава 3 Мондиализм
3.1 Предыстория мондиализма
3.2 Теория конвергенции
3.3 Планетарная победа Запада
3.4 «Конец Истории» Фрэнсиса Фукуямы
3.5 «Геоэкономика» Жака Аттали
3.6 Пост-
катастрофический мондиализм профессора Санторо
Глава 4 Прикладная «геополитика»
4.1 «Внутренняя геополитика» школа Лакоста
4.2 Электоральная «геополитика»
4.3 Медиакратия как «геополитический фактор»
4.4 История геополитики
4.5 «Прикладная геополитика» не геополитика

Глава 5 Геополитика европейских «новых правых»
5.1 Европа ста флагов Ален де Бенуа
5.2 Европа от Владивостока до Дублина Жан Тириар
5.3 Мыслить континентами Йордис фон Лохаузен
5.4 Евразийская империя Конца Жан Парвулеско
5.5 Индийский океан как путь к мировому господству Робер Стойкерс
5.6 Россия+ислам=спасение Европы Карло Террачано

Глава 6 Неоевразийство
6.1 Евразийская пассионарность Лев Гумилев
6.2 Новые русские евразийцы
6.3 К новой биполярности

ЧАСТЬ 3. Россия и пространство

Глава 1 Heartland

Глава 2 Проблема rimland

Глава 3 Собирание Империи

Глава 4 Теплые и холодные моря

ЧАСТЬ 4. Геополитическое
будущее России

Глава 1 Необходимость радикальной альтернативы

Глава 2 Что такое "русские национальные интересы"?
2.1 У русских сегодня нет Государства
2.2 Концепция "постимперской легитимности"
2.3. Русский народ центр геополитической концепции

Глава 3 Россия немыслима без Империи
3.1 Отсутствие у русских "государства-нации"
3.2 Русские народ Империи
3.3 Ловушка "региональной державы"
3.4 Критика советской государственности
3.5 Критика царистской государственности
3.6 К Новой Евразийской Империи

Глава 4 Передел мира
4.1 Суша и море. Общий враг
4.2 Западная ось: Москва Берлин. Европейская Империя и Евразия
4.3 Ось Москва Токио. Паназиатский проект. К евразийской Трехсторонней комиссии
4.4 Ось Москва Тегеран. Среднеазиатская Империя. Панарабский проект
4.5 Империя многих Империй

Глава 5 Судьба России в имперской Евразии
5.1 Геополитическая магия в национальных целях
5.2 Русский национализм. Этническая демография и Империя
5.3 Русский вопрос после грядущей Победы

Глава 6 Военные аспекты Империи
6.1 Приоритет ядерного и межконтинентального потенциала
6.2 Какие ВС нужны великой России?

Глава 7 Технологии и ресурсы
7.1 Технологический дефицит
7.2 Русские ресурсы

Глава 8 Экономические аспекты "Новой Империи"
8.1 Экономика "третьего пути"
8.2 Экономический регионализм

Глава 9 Заключение

ЧАСТЬ 5. Внутренняя геополитика России

Глава 1 Предмет и метод
1.1 Внутренняя геополитика России зависит от ее планетарной функции
1. 2 Внутренняя геополитика и военная доктрина
1.3 Центр и периферия
1.4 Внутренние оси («геополитические лучи»)
Глава 2 Путь на Север
2.1 Модель анализа
2.2 Геополитический характер русской Арктики
2.3 Север+север
2.4 Север+центр
2.5 Финский вопрос
2.6 Север и не-север
2.7 Резюме

Глава 3 Вызов Востока
3.1 «Внутренний Восток» (объем понятия)
3.2 Пояс «русской Сибири» (структура)
3.3 Позиционная битва за Lenaland
3.4 Столица Сибири

Глава 4 Новый геополитический порядок Юга
4.1 Новый геополитический порядок Юга
4.2 Зоны и горы-границы
4.3 Балканы
4.4 Проблема суверенной Украины
4.5 Между Черным морем и Каспием
4.6 Новый геополитический порядок в Средней Азии
4.7 The fall of China
4.8 От Балкан до Манчжурии

Глава 5 Угроза Запада
5.1 Два Запада
5.2 Разрушить «санитарный кордон»
5.3 Балтийская Федерация
5.4 Католики-славяне входят в Среднюю Европу
5.5 Объединение Белоруссии и Великороссии
5.6 Геополитическая декомпозиция Украины
5.7 Молдавия и Румыния: интеграция под каким знаком?
5.8 Условие: почва, а не кровь

ЧАСТЬ 6. Евразийский анализ

Глава 1 Геополитика православия
1.1 Восток и Запад христианской эйкумены
1.2 Поствизантийское православие
1.3 Петербургский период
1.4 Национальное освобождение православных народов
1.5 Megale idea
1.6 «Начертанье»
1.7 Великая Румыния
1.8 Великая Болгария
1.9 Православная Албания
1.10 Геополитические лобби в православных странах
1.11 Русская Православная Церковь и Советы
1.12 Резюме

Глава 2 Государство и территория
2.1 Три важнейшие геополитические категории
2.2 Регионализм правых и левых
2.3 Новое Большое Пространство: мондиализм или Империя?
2.4 Геополитика России

Глава 3 Геополитические проблемы ближнего зарубежья
3.1 Законы Большого Пространства
3.2 Pax Americana и геополитика мондиализма
3.3 Парадокс России
3.4 Россия остается «Осью Истории»
3.5 Mitteleuropa и Европейская Империя
3.6 Германия есть сердце Европы
3.7 «Примкнуть к Европе»
3.8 Границы «свободы» и утраченные преимущества
3.9 «Санитарный кордон»
3.10 Превращение из провинции в колонию
3.11 Азия перед выбором
3.12 Континентальные перспективы «Исламской Революции»
3.13 Ловушка «пантюркизма»
3.14 Нефтедоллары и мондиализм
3.15 Минимум два полюса или ... смерть

Глава 4 Перспективы гражданской войны
4.1 Национальные интересы и мондиалистское лобби
4.2 Варианты расстановки сил
4.3 Итоги анализа

Глава 5 Геополитика югославского конфликта
5.1 Символизм Югославии
5.2 Три европейские силы
5.3 Правда хорватов
5.4 Правда сербов
5.5 Правда югославских мусульман
5.6 Правда македонцев
5.7 Приоритеты югославской войны
5.8 Сербия - это Россия

Глава 6 От сакральной географии к геополитике
6.1 Геополитика - "промежуточная" наука
6.2 Суша и море
6.3 Символизм ландшафта
6.4 Восток и Запад в сакральной географии
6.5 Восток и Запад в современной геополитике
6.6 Сакральный Север и сакральный Юг
6.7 Люди Севера
6.8 Люди Юга
6.9. Север и Юг на Востоке и на Западе
6.10 От континентов к метаконтинентам
6.11 Иллюзия "богатого Севера"
6.12 Парадокс "Третьего мира"
6.13 Роль "Второго мира"
6.14 Проект "Воскрешение Севера"

ЧАСТЬ 7.Тексты классиков геополитики

Хэлфорд Макиндер 

Географическая ось истории

Петр Савицкий

Географические и геополитические аспекты евразийства

Жан Тириар 
Сверхчеловеческий коммунизм (письмо к немецкому читателю)

Карл Шмитт 
Планетарная напряженность между Востоком и Западом и противостояние Земли и Моря
Земля и Море

Теория Партизана

Карл Хаусхофер
Континентальный блок: Москва-Бердин-Токио

Геополитическая динамика меридианов и параллелей

Генрих Йордис фон Лохаузен 

 Вена и Белград как геополитические антиподы
Война в персидском задиве война против Европы

Жан Парвулеско

Геополитика Третьего Тысячелетия

Эмрик Шопрад

Большая Игра

Самуил Хантингтон

The rest against the West

ЧАСТЬ 8. Вместо заключения.

Глава 1 Апокалипсис стихий (От геополитики к философии истории размышления о теории элементов Карла Шмитта)
1.1 Цивилизационных стихий только две
1.2 Конкретность вселенского потопа
1.3 Упущенный из виду элемент
1.4 Икона и Суша
1.5 Абсолютные Amicus et Hostis портреты во времени и в пространстве
1.6 Номос Огня
Глоссарий (краткий словарь геополитических терминов)

Сноски


книга 2 МЫСЛИТЬ ПРОСТРАНСТВОМ

ЧАСТЬ 1 Философия Пространства

ПРОСТРАНСТВО И БЫТИЕ

Парадигма Конца

ЧАСТЬ 2 Москва как идея

МОСКВА как ИДЕЯ

Полюс Русского Круга

ЧАСТЬ 3 Евразийство: отцы-основатели 

ПРЕОДОЛЕНИЕ ЗАПАДА ( эссе о кн. Николае Трубецком)

ЕВРАЗИЙСКИЙ ТРИУМФ(эссе о Петре Савицком)

ТЕОРИЯ ЕВРАЗИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА (эссе о Николае Алексееве)

ПОСЛЕДНИЙ ПРЫГУН ИМПЕРИИ (эссе об Александре Проханове)

ЕВРАЗИЙСТВО И СТАРООБРЯДЧЕСТВО
ЧАСТЬ 4. КРЕСТОВЫЙ ПОХОД ПРОТИВ НАС

КРЕСТОВЫЙ ПОХОД ПРОТИВ НАС (американский враг)

КАРФАГЕН ДОЛЖЕН БЫТЬ РАЗРУШЕН

АКТУАЛЬНОСТЬ ГЕОПОЛИТИКИ

ЗАГОВОР ПРОТИВ СССР

ГЕОПОЛИТИКА - ЭКОНОМИКА

Бегемот против Левиафана

ЧАСТЬ 5. Хазарский вопрос

ЕВРЕИ И ЕВРАЗИЯ 

Обреченный Израиль

ЧАСТЬ 7. Геополитические приоритеты современной России

ИЗОЛЯЦИЯ?

МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЙ КОД

ВЕЛИКИЙ ПРОЕКТ

МОДЕРНИЗАЦИЯ БЕЗ ВЕСТЕРНИЗАЦИИ

ЕВРАЗИЯ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО

ИСЛАМ ПРОТИВ ИСЛАМА 

ЧЕТВЕРТАЯ ЗОНА

КАВКАЗСКИЙ ВЫЗОВ 
ЕВРАЗИЙСКАЯ ПЛАТФОРМА
МАЛЫЙ НАРОД ДЛЯ ВЕЛИКОЙ ЕВРАЗИИ

УГРОЗА МОНДИАЛИЗМА (8 лет спустя) 

МИРОВОЕ СООБЩЕСТВО УПРАВЛЯЕМО КОВРОВЫМИ БОМБАРДИРОВКАМИ

ЧАСТЬ 9 Классика геополитической мысли

ЧАСТЬ 10 САКРАЛЬНАЯ ГЕОГРАФИЯ - КОНТИНЕНТ РОССИЯ

КОНТИНЕНТ РОССИЯ 1988

ПОДСОЗНАНИЕ ЕВРАЗИИ 1988

“ЗЕЛЕНАЯ СТРАНА”, АМЕРИКА 1989

 РОССИЯ — ДЕВА СОЛНЕЧНАЯ 1989

 ИМПЕРИЯ РАЯ СИБИРЬ1989

 РАСОВЫЕ АРХЕТИПЫ ЕВРАЗИИ В ХРОНИКЕ “УРА-ЛИНДА” 1990

РУССКОЕ СЕРДЦЕ ВОСТОКА1997


КОНСПИРОЛОГИЯ

ВЕЛИКАЯ ВОЙНА КОНТИНЕНТОВ
 

  • Геополитика и тайные силы истории
  • Основы геополитики
  • “Заговор атлантистов”
  • Заговор “евразийцев”
  • “Кровь и Почва” - “Кровь или Почва?”
  • Панславизм против евразийства
  • Атлантисты и расизм
  •  Кто чей шпион?
  • Вы сказали ГРУ,  господин Парвулеско?
  • ГРУ против КГБ
  • Белые евразийцы - красные евразийцы
  • Пакт Риббентроп-Молотов  и  последующий реванш атлантистов.
  • Контуры Атлантического лобби
  • Конвергенция разведок и “полярная миссия ГРУ”
  •  Вспышки и эклипсы Евразийского Солнца
  • После “победы”
  •  “Полярная” миссия генерала Штеменко
  • Никита Хрущев, агент Атлантиды
  • Долгий путь к 1977-ому
  •  Геополитика маршала Огаркова
  • Афганская катастрофа
  • “Правые” в КГБ и парадокс Андропова
  • Двойной агент Михаил Горбачев
  • Подлинный лик Анатолия Лукьянова
  • “Мистер Перестройка”
  • Между ложных альтернатив
  • Путч, кульминация оккультной войны
  • Просчет маршала Язова
  • “Мистер Перестройка” идет в атаку
  • Лукьянов и ритуальный шабаш на могиле маршала Ахромеева
  • Метафизика оккультной войны
  • Конец Времен
  • Endkampf
  • Орден и “наши”
  • Час Евразии

  • Милитаризм

    ВОЙНА НАША МАТЬ

    ВОЗРОЖДЕНИЕ КШАТРИЕВ

    КРАСНАЯ МАТЬ ЗЕМЛЯ

    Приложения

    МЕХАНИЗМЫ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОГО КРАХА СССР (тезисы доклада в Государственной Думе на конференции Льва Рохлина и Виктора Илюхина)

    Доклад в МГУ о тезисах А.Неклессы

    Доклад в МГУ Геополитика РФ и философия нео-евразийства

    Темы с форума ГЕОПОЛИТИКА

    Об геополитических осях Москва-Дели-Пекин, Афины-Ереван-Тегеран и Тибете (для Глеба Искижина, Feb 02 - Jul 22, 1999)
    О Гумилёве и неоевразийстве (для Д.Скворцова, Jan 23 - 24, 1999)

    О базах НАТО в Азербайджане (для Виктора Олевича, Feb 15 - 16, 1999)
    Об Израиле и будущей Революции (для Богдана Хмельницкого, Feb 11 - 13, 1999)

    О геополитике КПРФ и Зюганова (для Снегиря и Лингвиста, Apr 08, 1999)

    Пасхальная история о чуде геополитики (для А.Сотниченко, Apr 12 - 13, 1999)

    О различении евразийства/патриотизма и Юнге (для Bigod'a и Ку, May 24 - Jul 23, 1999)

    О евразийской теории и русском эпосе (для Parzival'я, May 25 - 26, 1999)

    О "единении" с исламом и о. Полосине (для Ку и Ibrahim'a Pasch'и, Jul 18 - 20, 1999)
     

    О положительном аспекте украинской автокефалии (для о.Кирилла, Jul 30, 1999)

    О роли России в планах глобализации (для Impro, Aug 20, 1999)

    О выборах президента Украины и Бильдерберге (для Stas'a, Sep 06, 1999)

    О геополитике Грузии, её теории и практике (для Георгия Парцхаладзе, Sep 09 - 20, 1999)

    Тезисы о русском патриотизме (для Вл.Руса и "ТП", Sep 26 - 27, 1999)

    О малом народе (для Скитальца и el Moro, Oct 01 - 07, 1999)

    О соотношении столичного и регионального фактора (для рук.рег.отд., Oct 10, 1999)

    Об атлантизме/евразийстве, крови/почве, Homo Spatialis, лимите, Чернобыле, липованах, техническом анализе биржи и этнорелигиозной статистике погромов (для Г.Искижина, Юрия (Гуралюка), Ку, Operator'a, корр ФН, Португалова и Аврома (Шмулевича), Dec 10 - 15, 1999)
    9)

    О борьбе евразийцев и евреев с НМП (для Иерусалимца, Sigurd'a, Аврома и В.Б., Dec 23 - 27, 1999)

    Александр Дугин

    ОСНОВЫ ГЕОПОЛИТИКИ 

    Москва, Арктогея,2000
     
    Все права на перепечатку текста учебника "Основы Геополитики" полностью или фрагментами, в бумажном или электронным виде принадлежат издательствуАРКТОГЕЯ и Александру Дугину.
    По всем вопросам обращаться по dugin@dugin.ru
     ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ 

    АПОКАЛИПСИС СТИХИЙ 

    (От геополитики к философии истории размышления о теории элементов Карла Шмитта) 

    1.1 Цивилизационных стихий только две


    Связь цивилизационной структуры с доминацией той или иной стихии Суши и Моря является осью концепции Карла Шмитта и ее наиболее сильной и впечатляющей стороной. При этом важно подчеркнуть, что речь идет не просто об абстрактном приложении сакральной теории 4 элементов к культурно-историческому анализу, но о вычленении фундаментального исторического (а не только природного) дуализма двух стихий Суши и Моря, Земли и Воды, причем этот дуализм становится действительно историческим фактором лишь тогда, когда он осознается и интеллектуально переживается человеческим обществом. Чтобы пояснить, что, собствен но, мы имеем в виду, укажем на отсутствие упоминания об огненной стихии и ее философского, культурного и цивилизационного анализа у Шмитта (об этом речь пойдет ниже). А относительно воздушной стихии, связанной с эпохой воздухоплавания, Шмитт утверждает, что она не породила собственного "номоса", собственного цивилизационного типа, будучи техническим продолжени ем исторической траектории, утвержденной цивилиза цией Моря. Аэрократия и еще более актуальная эфирократия, т.е. воздухоплавательные и космические стадии развития техники не спровоцировали таких глобальных перемен в ходе человеческой истории, какие принесли с собой открытие Мирового Океана и его вызов. 

    Гениальная интуиция Шмитта совершенно верно подсказывала ему, что космос не несет в себе ни настоящего вызова, ни исторического ответа, а космические исследования в условиях "эфирократии" лишь демонстриру ют агонию закабаляющей, но не освобождающей технократической цивилизации. На первый взгляд, кажется, что такой подход к исторической диалектике стихий у Шмитта, если учесть его имплицитно антиталассокра тические симпатии, должен стать базой сугубо консервативной доктрины с подчеркнуто экологической подоплекой. Возникает соблазн именно так понять заключительные слова из его статьи о "Планетарном напряжении между Востоком и Западом": 
     

    "Новые пространства, откуда появится новый вызов, должны находиться на нашей земле, а не вне ее в открытом космосе". 


    Так чаще всего и поступают последователи Шмитта, учитывая при этом и его консервативные взгляды в политике. Но, на наш взгляд, это было бы слишком просто. Если новый вызов есть не что иное, как возврат к сухопутной ориентации после революционной эпохи доминации "раскрепощенной техники" и океанической цивилизации, даже из-за страха перед технологической или экологической катастрофой, тогда духовное напряжение исторической диалектики теряет свое драматическое измерение, становится почти природным циклизмом, отождествляется с тем статично-полярным напряжением, на преодолении которого, согласно самому Шмитту, основана вся сугубо человеческая духовная история. Цивилизационный дуализм Суша-Море должен разрешиться как-то иначе. 

    Шмитт склонен считать переход к аэрократии и далее, к эфирократии, лишь естественным развитием стратегии Моря, а не знаками новых революционных эпох. Таким образом, можно сказать, что стихия Воды в своей универсалистской экспансии, осуществляющейся как раз за счет Суши и пространств, ей традиционно подчиненных, ставит на службу себе две другие стихии воздух и эфир (вакуум), которые, с физической точки зрения, суть не что иное, как все более разряженные состояния материи. Иными словами, водная стихия моря проявляет себя через подчиненные стихии воздуха и эфира, продолжая свою цивилизационную тенденцию к "разжижению"; при этом напомним, что именно эта тенденция и породила историческую диалектику "морского существования" и связанные с ним раскрепощение техники и этапы промышленной революции. 

    Как объяснить в таком случае успехи в воздухопла вательной и космической сферах такой сухопутной сверхдержавы, как СССР последнего по времени планетар ного выражения геополитического Бегемота, сил континентальных масс и сухопутного Номоса? Точно так же, как гениально объяснил сам Шмитт историческую функцию марксизма в России: это было концептуальное вооружение доктриной второй промышленной революции альтернативной элиты, сумевшей волевым и сознатель ным образом превратить архаическую сухопутную страну в гигантский индустриально-технический бастион, способный 70 лет успешно противостоять многоплановому напору океанической цивилизации. Использование аэрократии и эфирократии Восточным блоком было продолжением марксистской стратегии промышленной революции для сопротивления буржуазной цивилизации Запада. 

    Итак, один член исторического дуализма Море включил в себя в процессе своего планетарного утверждения другие стихии. Если во времена написания Шмиттом статьи "Планетарная напряженность" 1959 год этот процесс был в зародыше, то к 80-м годам он стал прозрачным и очевидным для всех. Море освоило Воздух и Космос. 

    Тут мы подходим к важнейшей точке новейшей истории, которая является пробным камнем для подавляю щего большинства идеологий и социально-политических доктрин, считавшихся вполне приемлемыми вплоть до самого последнего времени.

    Мы имеем в виду крах Восточного блока и перестрой ку. 
     

    1.2 Конкретность вселенского потопа


    Это событие является ключевым для проверки адекватности взглядов Карла Шмитта. Рассуждая в его терминах, можно описать это событие следующим образом.

    Конец Восточного блока, воплощавшего в наш век планетарную тенденцию Суши, противостоящей Морю, означает конец того исторического этапа, в котором было возможно эффективное использование концептуаль ной структуры, резюмирующей вторую стадию промышленной революции для глобальной конкуренции с цивилизацией Моря, с Западом и миром, отождествившим свою судьбу с неограниченным развитием раскрепощен ной техники. Иными словами, это был конец адекват ности марксизма. Силы Суши утратили оборонную концептуальность, бывшую действенной, пока условия того ответа, который дал Маркс на современный ему вызов европейской истории, не изменились окончательно и бесповоротно. 

    Одним из объяснений краха Советского блока является его отставание в сфере технологической конкуренции, причем главным моментом в этом отставании была невозможность адекватно ответить на американскую программу СОИ. Иными словами, Море выиграло техноло гическую дуэль у Суши в сфере эфирократии высоких технологий, связанных со стратегическими изобретения ми в космической области. 

    Что это означает, с точки зрения диалектики истории? 

    Первое: Море, породившее импульс технического рывка и в дальнейшем техническую цивилизацию, победило все-таки Сушу, хотя та и заимствовала своевременно и эффективно новейшую (для своего времени) концепту альную технологию у самого Моря. Этот процесс строго совпал по времени с окончанием второго этапа промышленной революции. На теоретическом уровне это стало проясняться с начала 70-х годов параллельно быстрому вырождению коммунизма и социализма в Европе. На практике точка была поставлена в перестройку. Третий этап промышленной революции нуждался, по меньшей мере, в новом Марксе и новом марксизме. Им мог бы стать европейский фашизм, но эта попытка оказалась абортивной как на теоретическом уровне, так и на физическом плане Германия потерпела поражение от более цивилизационно последовательной сухопутной державы (СССР), поддержанной в этом случае Морем (как бывало уже много раз в истории от Наполеона до Первой и Второй мировых войн). Нового Маркса не было, видимо, не могло и не должно было быть. 

    Второе: Крах Восточного блока означает реальную глобализацию Моря, которое от роли судьи и контролера переходит к роли автократора (самодержца). Это мондиализм, цивилизационная интеграция планеты под эгидой Запада. В религиозном языке для этого события есть только одно название Всемирный Потоп, конец номоса Земли и универсальная доминация номоса Моря. Вспомним также апокалиптического зверя, выходящего именно из Моря(1). Это влечет за собой окончательный переход от эры противостояния двух стихий к эре покорения одной стихией другой, враждебной ей. Можно сказать, что это начало "универсального мира". Левиафан побеждает Бегемота, Кит Медведя. Триумф Моби Дика над Русским Медведем. 

    Третье: Морю отныне подчинены остальные стихии покоренная Суша (побежденный враг, Hostis), Воздух и Эфир (естественные союзники, солидарные с водной диалектикой, Amicus) служат идеовариациями Моря, подручными стихиями планетарного Корабля, Мирового Острова (World Island, в терминах Спикмена, а не Макиндера). Это эра One World, постиндустриальное общество, эпоха глобальной информатизации и автоматизации. На языке самых авангардных интуиций Маркса это называется "реальной доминацией капитала" (2). Время исчезновения идеологий, время постмодернизма и "конца истории". 

    Вызов открывшегося Океана, принятый англосакса ми, давшими ответ, который воплотился в техно-инду стриальном рывке, отлился в современную западную цивилизацию, подчинил весь мир и обрел окончательную форму в глобальной автократии Америки, того самого континента, с обнаружения которого Колумбом и начался "современный мир". Этот вызов завершил свое историческое проявление в крахе Восточного блока, в перестройке и распаде СССР. Раскрепощенная техника (entfesselte Technik) преодолела все внешние преграды. Власть Моря отныне абсолютна. Она воплощена в гегемонии технократического Запада, стратегическом первенстве США, доминации текучего капитала, полной размытости традиционных ценностных структур. Собствен ность, наследство, брак, жилище все это утратило то значение, которое имело в эпоху сухопутного существо вания, в эпоху номоса Земли. 
     

    1.3 Упущенный из виду элемент


    Хотя Шмитт говорит об одноразовости подлинно исторических событий, предпочитая избегать любые формы детерминизма и систематизации, все же, будучи христианином, он вряд ли мог отрицать наличие у истории Конца и, следовательно, некоторой телеологии. Его отказ от телеологии Гегеля или Маркса не означает отказа от телеологии вообще. Как абсолютно честный мыслитель (и в этом смысле он схож с Хайдеггером) он не хочет ограничивать ни у себя, ни у других свободную интуиции истины, считая, что в этом и состоит высшее человеческое достоинство и интеллектуальная свобода, проецирующиеся, в конце концов, в Политику (das Politische) и в Решение (die Entscheidung). Во всех рассуждениях Шмитта имплицитно присутствует нормальный для христианина эсхатологизм: он подчерки вает уникальность Нового Времени, заключающуюся в его глобализме, и в его отношении к "раскрепощенной технике" и морскому существованию легко угадываются апокалиптические нотки. 

    Очевидно, что Шмитт осознал параллелизм между библейским повествованием о творении Суши как результате отхода Вод и актуальной ситуацией, представляющей собой нечто обратное наступление морского существования на сухопутное, т.е. символическое захлестывание Земли Водой. При этом важно, что перманентная в истории талассократическая тенденция лишь в настоящее время вступает в свою океаническую фазу, обретает максимально возможный масштаб. Излучение океанической талассократии в стратосферу и космос лишь иллюстрирует собой предельность ее победы. 

    Но возникает закономерный ретроспективный вопрос: почему именно номос Земли, Суши стал матрицей человеческого существования в тысячелетия Традиции? И далее, почему столь устойчивая сухопутная структура традиционного номоса (не опрокинутая ни потамически ми (речными), ни ограниченно талассократическими, ни кочевническими отступлениями) пала в конце концов жертвой хаотической стихии Океана? 

    Книга Бытия, утверждая существование Вод прежде Суши, намекает на некоторую первичность Хаоса по сравнению с порядком, и индоевропейская мифология во множестве сюжетов подтверждает это. В некотором смысле можно предположить( как это имеет место в герметиче ской традиции), что Земля это сгущенная Вода, а в терминах географии, что Суша это дно Океана, освобожденное от Воды. Но эта отвоеванная у хаоса территория, номос, Суша, Континент, Heartland Макиндера, Митгард древних германцев, крепость Порядка, исторический Полис есть не причина традиционного номоса, но результат какого-то трансцендентного воздействия, зафиксированный в природе след Сверхприродного, отпечаток того, что можно было бы назвать истоком Истории. Русское слово, обозначающее твердую землю, das feste Land, die Erde, позволит нам приблизиться к этой таинственной силе. Это слово Суша. В нем этимологиче ски содержится указание на качество сухости, отсутст вующее в других языках. А это качество, в свою очередь, вызывает ассоциацию с теплом, жаром и Огнем, тем последним забытым элементом, пятой стихией, которая привычна для античных классификаций, но почему-то отсутствует в цивилизационном и историческом анализе Шмитта. 

    И тут же мы вспоминаем о Гераклите, который вопреки Фалесу Милетскому и другим философам-талассо кратам утвердил революционную теорию происхождения Вселенной из Огня. Огонь безусловно, элемент трансцендентный по отношению к стихиям земной среды. Если Земля, Вода и Воздух являются внутренними по отношению к нашей планете и ее обитателям, и даже космический вакуум, окружающий стратосферу может быть рассмотрен как внутренняя по отношению к среде квинтэссенция (эфир), то Огонь, Тепло, Свет приходят к нам извне, от сияющей жертвенной звезды, Великого Солнца. Обычные элементы это стихии людей. Огонь стихия Богов, субстанция духовных Небес. И полярность Огня по отношению ко всем остальным элементам не вписывается в ту статическую, сугубо природную, схему, которую справедливо вычленил Шмитт, говоря о природной напряженности между Сушей и Морем, и которую он совершенно правильно отделил от напряженно сти, свойственной диалектике человеческой истории. На самом деле, напряжение, провоцируемое Огнем, и есть сущность диалектики, и если относительно происхожде ния Природы можно согласиться с Фалесом, то относительно происхождения Истории прав только Гераклит. Дар титана Прометея людям, божественный Огонь, сведенный на землю, и есть главный таинственный субъект исторической диалектики, agent invisible алхимиков, философский ребенок того же Гераклита, разворачиваю щий сквозь века и циклы содержание своего солнечного духа, небесного гнозиса.

    Трансцендентный Огонь разгоняет изначальные Воды, чтобы возникла Суша. Трансцендентный Огонь почитается как главный Принцип людьми Земли они ставят его в центре своего Дома (священный очаг), в центре своего Храма (священный алтарь), в центре своего тела (почитание сердца), в центре своего мира (солнце, дающее ориентации пространства и измерение времени). Сухопутный номос Земли следствие субтильного влияния Огня. Сухопутным порядком человечество ответило на вызов Трансцендентного, и тем самым вступило в Историю, поднялось над природой и стало самим собой. Дом это ответ на Солнце. Суша и ее цивилиза ция это продукт интеллектуально осмысленного Огня. 

    Пока связь между Огнем и Землей осознавалась, океанического вызова не существовало. Талассократия уравновешивалась теллурократией, и римская Веста победоносно крушила рождающийся из пены Карфаген, всякий раз, когда тот посягал на универсализацию своего культурного и цивилизационного послания. Когда священный огонь угас в домах людей, в сердцах людей, в их храмах, раздался апокалиптический рев Ливиафана. И Суша, потерявшая свой смысл, свой центр, свою мощь, отныне была обречена на то, чтобы проиграть эсхатоло гическую дуэль Морю. 

    Перестройка и заклание Бегемота стали неизбежны уже в тот момент, когда Традиция стала консерватив ной, когда ответ, данный на вызов трансцендентного Огня, окончательно заслонил собой вопрос, когда номос Земли перестал сверять свои нормы с номосом Неба. В конечном счете, вся человеческая история не что иное, как интерлюдия между Первовспышкой волшебной звезды и вселенским потопом. 
     

    1.4 Икона и Суша


    Очень интересны замечания Шмитта относительно иконографии и его обобщения о связи Образа с Западом. Это имеет прямое отношение к стихии Огня, так как зрительная способность элемент светового измерения реальности, которое, в свою очередь, является одним из аспектов Огня (наряду с жаром). Если принять генетическую связь Суши с Солнцем, вскрытую нами, то станет понятным и связь Иконы, сакрального зрительного изображения с номосом Земли. Естественно, простран ственная неподвижность, фиксированность, упорядочен ность среды сами собой тяготеют к выражению в образе символе, иероглифе, картине. Огонь как бы выхваты вает у текучей реальности некий фрагмент, преображаю щийся в Образ, в Икону, в нечто постоянное. В этом как бы повторяется таинство происхождения изначаль ной Суши из массы водного хаоса. Номос земли через Икону постоянно напоминает о своем истоке. В этом смысле поклонение иконам и вообще использование живописи, действительно, является ярким признаком традиционного, земного, континентального существования.

    Это соображение помогает развить те замечания, которые Шмитт высказал относительно исторической миссии Испании. Католическая Испания, водрузившая на всех завоеванных землях лик Пречистой Девы, выполняла невероятно важную миссию нейтрализации Океана (и его вызова) посредством Огня. В чем-то эта планетар ная операция была аналогична исторической функции марксизма в России: в обоих случаях вызов Моря был принят с тем, чтобы по возможности нейтрализовать его пагубные для номоса Земли последствия и постараться превратить яд в лекарство. Проигрыш Испанией морской битвы с английскими пиратами был чреват страшными планетарными последствиями: на заатлантиче ском острове англосаксы посеяли семена той апокалип тической цивилизации, которой было суждено воплотить Левиафана во всей его эсхатологической, финальной мощи. Из пены возник Континент-Корабль, превосходящий по всем параметрам свой европейский прототип. Этому чудовищу было на роду написано погасить священный огонь, разбить Образ, установить на планете свой "новый мировой порядок". Естественно, доминирующим мировоззрением новорожденного монстра были идеи крайних протестантских сект, баптистов, пуритан, мормонов и т.д., отличающихся предельной степенью иконоклазма, церковного модернизма и светоне навистничества. Обреченная латино-американская герилья, основанная на смеси марксизма (sic!) и католиче ской теологии освобождения (sic!!) вот все, что осталось сегодня от амбициозного планетарного демарша испанцев-конквистадоров по срыву вселенского потопа. 

    Но тут возникает одна теоретическая трудность, не до конца разобранная Шмиттом. Дело в том, что он упоминает о привычке отождествлять зрительный Образ и иконопочитание с Западом, а его отрицание, иконоклазм с Востоком. Сам же Шмитт приводит несколько примеров, опровергающих однозначную правоту такого отождествления. Разберемся с этим несколько подробнее. Тем более, что это вплотную затрагивает важнейшую для нас проблему исторический смысл России и ее миссии. 
     

    1.5 Абсолютные Amicus et Hostis портреты во времени и пространстве


    Здесь мы имеем дело с проблемой, метафизический смысл которой разбирался в другой нашей книге ("Мистерии Евразии", глава "Подсознание Евразии"). Речь идет о типичном для европейских мыслителей отождествле нии своей Традиции с Западом. При этом часто речь идет не просто о Западе, но о Северо-западе. И более того, иногда сливаются даже три географических понятия Запад, Северо-запад и Север. Этому противопос тавляется Юг, Юго-восток и Восток, чаще всего, также сливающиеся в одну цивилизационную картину, представленную семитическим культурным ландшафтом Ближнего Востока, наиболее знакомого Европе исторически. При этом такой взгляд иногда выводится из римского, а иногда и из христианского наследия.

    Но речь идет, на самом деле, об оптической иллюзии, которой европейцы обязаны географии. Только самые глубокие умы и в первую очередь, Рене Генон смогли отстраниться от этого смешения и посмотреть на вещи с иной, более адекватной позиции. Так, Рене Генон совершенно справедливо указывал, что, с точки зрения реальной (и сакральной) географии, континент-Евразия представляет собой огромную массу Суши, где Европа является лишь западным мысом, полуостровом, устремленным в Атлантику. Индоевропейские народы же живут на всем материке от Индостана через Иран и Россию до самой Европы. Арийская Индия хранит память о наиболее древних мифах и интеллектуальных воззрениях белой расы, а православное христианство распространяется далеко за Урал вплоть до Тихого океана, занимая пространства, по объему превосходящие Европу. Впрочем, историческая узость и привитые клише вообще не позволяют европейцам относиться к православ ной культуре России как к совершенно аутентичной христианской традиции, причем вверенной белому индоевропейскому народу. Очень показательно в нашем контексте, что именно в православной России применитель но к священному образу сохранилось греческое название "икона", и более того, именно православная, русская икона сегодня в полной мере поддерживает подлинно христианскую традицию, практически затухшую на Западе. 

    Рене Генон, рецензируя книгу немецкого профессора Германа Вирта "Происхождение человечества" (3), указал, что следует различать такие понятия, как североат лантический (северо-западный), гиперборейский (северный) и атлантический (западный) регионы. 

    На самом деле, почитание Огня и сухопутный номос Земли, старательно изучавшийся Шмиттом, это отличительное качество индоевропейских белых народов в целом, которые спустились в Евразию с Севера, расселив шись по всему ее пространству с Запада на Восток и с Востока на Запад. Там, где есть индоевропейцы, там есть Икона, священная живопись, поклонение Огню и Свету, солярные мифы, традиционная иерархия и память о Гиперборее. Священными образами изобилует Индия. В Иране даже после исламизации а ислам строжайшим образом запрещает изображения людей и животных процветала миниатюра и самая настоящая живопись. В русской православной Церкви почитались не только иконы, но и иконописцы, а православный исихазм, доктрина Нетварного Света, была централь ной жизненной линией Русской Церкви. Икона неотъемлемый атрибут индоевропейцев и должна быть отождествлена именно с Севером, с Гипербореей, древнейшей прародиной нормального и традиционного сухопут ного номоса Земли. 

    Неприязнь к изображению, иконоклазм, свойственен также не столько Востоку, сколько Югу. Это вполне нормальная географическая симметрия, если принять во внимание гиперборейские истоки индоевропейцев. Если раса Севера поклоняется огню и изображению, то противостоящая ей раса Юга должна поклоняться антитезе Огня (например, Воде) и антитезе иконы (например, звуку). Любопытно, что сам Генон соотносит этот культурный дуализм с оседлостью и кочевничеством: оседлость сопрягается им с фигурой библейского Каина, зрительным образом и временем, тогда как кочевничество с Авелем, вербальностью и пространством (4). Это прекрасно вписывается в дуальность элементов, разбираемую Шмиттом. Морское существование (хотя и строго разделенное с кочевничеством) представляет собой такое экстремальное развитие номадизма, которое переходит в новое качество в тот момент, когда заканчивается путь от су хопутного кочевничества через плавание по материко вым морям и вплоть до решительного выхода в открытый Океан. 

    Крайне любопытна и еще одна деталь: Генон утверждает, что семитская традиция является традицией отнюдь не восточной, но атлантической, западной и одновременно кочевнической. Отсюда, согласно ему, и позитивное отношение к скотоводу-Авелю в библейском повествовании. Более того, Генон указывает на тот факт, что для строительства храма Соломонова великий архитектор был приглашен из числа чужеземцев, и доказывает, что речь шла о представителе индоевропейской традиции, так как для нее было характерно культивирова ние сакральной архитектуры, т.е. строительства того Дома, который, по Шмитту, лежит в основе номоса Земли, а сами семиты-кочевники имели иную социально -сакральную структуру. 

    И наконец, относительно Востока Генон утверждал, что эта сторона света более всех остальных сопряжена с Традицией, с постоянством сакральных архетипов, с верностью истокам. В книге "Восток и Запад" он подробно развил аргументацию в подтверждение этого тезиса. Можно сказать, что Генон однозначно связывает Восток с Севером, считая его историческим приемником изначальной нордической Традиции. Кстати, относительно тождества концепции Света Севера и Света Востока блестящие пассажи можно найти у Анри Корбена, лучшего современного специалиста по иранской традиции и переводчика великого Сохраварди. 

    Итак, подведем итог нашим замечаниям. Север отождествляется с индоевропейской традицией, оседлостью, почитанием Огня и Образа. Кроме того, Север сакрально связан также с Востоком. Именно эти две ориента ции следует взять в качестве изначальных в вопросе об истории развития номоса Земли и его центральных силовых линиях. Защита иконопочитания в истории, таким образом, является отнюдь не западной, но северной или восточной тенденцией. Эта линия характерна для всей Евразии от Индии до Ирландии. Она совпадает с исторической траекторией Света Севера, Nordlicht, и с народами и культурами, выступающими в качестве носителей этого Света. Это дорическая Спарта, имперский Рим, зороастрийский Иран, ведическая Индия, Византия, православная Русь, католические Ирландия и Испания. Это лагерь номоса Земли.

    На противоположном полюсе истории, соответствен но, находятся Юг вместе с Западом(!), кочевники-семи ты, иконокласты, зародыши талассократии, торговой цивилизации и "технологического рывка". Генон назвал бы этот лагерь "предпосылками антитрадиционной цивилизации" и "строителями Великой Пародии". Следует также напомнить изложенную Геноном в "Царстве количества" идею относительно эсхатологического растворения Яйца Мира, "диссолюции", что точно и хронологически и типологически совпадает с триумфом Моря, разобранным Шмиттом. Генон так же, как и Шмитт, связывает это растворение с техническим прогрессом, либеральной идеологией и западной цивилизацией Нового Времени. Англосаксонский мир весь в целом вызывал у него чувство глубокой неприязни и настороженности. 

    И наконец, роль семитского фактора западного и кочевнического, по Генону; южного, если оценивать распространение семитов с позиций Евразии; сопряженного с торговлей и свободным обменом, свойственным всем талассократиям (Карфаген против Рима); стоявшего у истоков капитализма (критикуемого как Марксом, так и Зомбартом); иконоборческого и враждебного всему индоевропейскому в религиозных вопросах (иудаизм и ислам); солидарного с протестантским движением в его кальвинистской версии (распространение кальвинизма в Голландии, Англии, а позже в Америке океанских державах по преимуществу); наконец, особо активного в деле разрушения традиционного для Европы номоса Земли (о чем неоднократно писал сам Шмитт) ставит последнюю точку в цепи соответствий.

    Север + Восток, Икона, индоевропейцы, Огонь, Дом, оседлость, Традиция и Суша. Это силы номоса Земли. Сторонники культуры и порядка, ответившие на вызов трансцендентного Огня веером арийских традиций вплоть до христианства.

    Юг + Запад, иконоклазм, семитские народы, Вода, Корабль, кочевничество, модернизм и Море. Это силы отрицания Земли, носители растворения, апокалипти ческие энергии рационального хаоса, номоса Моря. Они ответили на вызов Океана тем, что стали на его сторону против Земли и против древнейшего, почти забытого огненного прометеического вопроса, который предшество вал номосу Земли и всей человеческой Истории. 
     

    1.6 Номос Огня


    Конец Восточного блока означает полную победу номоса Моря. Все попытки противостоять его логике и его структуре с помощью его же технических средств оказались несостоятельными. Баталия на кораблях была проиграна Испанией; экономико-индустриальное, стратегическое и доктринальное сопротивление номосу Моря национал-социалистической Германии (1933 1945), вдохновленной отчасти евразийским проектом Хаусхофера, было подавлено силой и хитростью Запада, использовавшего для этих целей СССР; технологическое соперничество, с учетом уроков марксизма, длившееся дольше всех, было проиграно в 60-е 80-е странами Варшавского договора параллельно окончанию второго этапа промышленной революции и переходу к постиндустриальному обществу. Цикл человеческой истории, пройдя насквозь статические полярности природы, завершил ся, о чем нас известил один американец с японской фамилией.

    Мы можем констатировать абсолютный проигрыш Суши, Бегемота, Евразии, номоса Земли. Конечно, сам номос Земли был лишь следом решения человечеством поставленной перед ним открытой проблемы Бытия, но не его сущностью. Внешней формой Ответа, но не огненной стихией, породившей гиперборейский Ответ. Земля не может больше ответить на вызов номоса Моря, ставшего глобальным и единственным. Она затоплена Водами, ее Порядок растворен через щели в Мировом Яйце. Окончание промышленной революции развенчало иллюзии того, что с раскрепощенной техникой (entfesselte Technik) можно соревноваться на ее же уровне. Эфирократиче ская стадия абсолютной талассократии, взгляд, брошенный на Землю из космоса, делает все существа, кишащие на ней, принципиально одинаковыми их ценность строго прагматична и равна их полезности. Жизнь исчислена в финансовом эквиваленте реально доминирующего Капитала. Генная инженерия выводит цыплят и людей-клонов, так же, как вчера изобретали паровую машину или ткацкий станок. Техника вторглась в человечество, достигнув его центра. В 1959 году у Шмитта могла быть еще искра надежды, что нечто внезапно может измениться. К концу столетия таких надежд нет. 

    Триумф Воды апокалиптически вобрал в себя все стихии и все исторические формы, которые смог не просто уничтожить, но трансмутировать в своей цивилизацион ной геополитической пародийной алхимии. Золото (деньги), универсальный растворитель и техническая изобретательность сил Моря превратили человечество в контролируемую биомассу. Но осталось нечто, что не подвержено этому глобальному процессу. 

    Огонь. 

    Именно он очищенный от своих природных, культурных и социально-политических наслоений, приобретенных за время путешествия по истории находится сейчас в привилегированном положении по сравнению с тем компромиссным состоянием, в котором он находил ся, оставаясь лишь номосом Земли, порядком Суши. Только сейчас проясняется структура его изначального вызова, так как только сейчас проявляется во всем историческом объеме то, чему этот вызов был брошен. Под вопросом стоит ни больше ни меньше как Человек. В какой степени он оказался историчен? В какой природен? В какой мере поддался стихиям, составляющим его естественную ткань (вплоть до общевидовой рациональности)? В какой смог сохранить верность неочевид ному трансцендентному измерению? Сколько в нем, в конце концов, оказалось Огня? Или весь он только Вода?