МАНИФЕСТ   АРКТОГЕИ
ТЕКСТЫ  ДУГИНА
ПЕРСОНАЛИИ
КНИГИ  ДУГИНА
КАТАЛОГ АРКТОГЕИ
ЭлементыИдеологии
visitors since 01.07.1999

Rambler's Top100 Service

koi-8


 
  
ЭЛЕМЕНТЫ
АРИЕС
ВТОРЖЕНИЕ
МИЛЫЙ АНГЕЛ
НОВЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
А.Дугин

ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ

НАШЕЙ РЕВОЛЮЦИИ


Смысл революционной борьбы истинно радикальной оппозиции заключается в создании абсолютно новой общественной и государственной системы, в построении в России небывалой экономической и социальной реальности. В отличие от умеренной оппозиции, которая хочет лишь подновить старое здание, лишь изменить некоторые наиболее очевидные недостатки существующего строя, революционная оппозиция ставит своей задачей рождение особого национально-социального Порядка, который будет отличаться и от монархического дореволюционного строя, и от советской модели государственного социализма, и в еще большей степени от нынешнего антинационального либерально-демократического режима. Отличие Нового Порядка, созидаемого революционной оппозицией, от прежних общественных моделей будет радикальным и всеобъемлющим. Революция совершается ради осуществления Небывалого, а не для частичного (мнимого или реального) улучшения существующего положения вещей.

Попытаемся наметить основные перспективы грядущего Государства, за созидание которого борются сегодня оппозиционные национальные и социальные радикалы. Безусловно, речь идет не о программе конкретной партии или конкретного движения. Это также не догматические принципы, не подлежащие развитию или переосмыслению. Это, скорее, ориентиры, основные вехи революционного пути, общего для в с е х реальных радикальных оппозиционеров. И как таковые эти принципы в будущем могут стать общей платформой для единого национального и социального Революционного Фронта.

1. Отчуждение и Революция

Главным духовным основанием всякой истинной Революции (какой бы она ни была -- национальной, социальной, коммунистической, демократической, религиозной, мистической и т.д.) является стремление к преодолению ОТЧУЖДЕНИЯ. Не зло, не несовершенство мира, не несправедливость общественного устройства, не угнетение, не эксплуатация, не коррупция, не вырождение элиты есть истинная причина Революции. Все это может быть поводом, конкретным предлогом для бунта и восстания, для народного сопротивления или гражданского конфликта. Но истинная причина всегда в ОТЧУЖДЕНИИ, которое дойдя до определенной концентрации становится невыносимым для критического количества социально активных членов общества, становящихся ядром революционного движения и рано или поздно уничтожающего существующий строй.

Что такое ОТЧУЖДЕНИЕ? В самом общем понимании это такое состояние человеческого (и природного) существования, когда связь явления с глубинной бытийной причиной замутняется, становится неявной и проблематичной и даже вовсе прерывается. ОТЧУЖДЕНИЕ это потеря контакта с тайной бытия, с центром вещей и людей, с источником подлинной жизни, с духом. ОТЧУЖДЕНИЕ проявляется через пронизывающее общество чувство социальной усталости, безразличия, потери органичных и естественных, энергетически насыщенных стимулов существования. Источник Жизни в таких случаях как бы перестает бить изнутри людей, общества, государства, политических и социальных образований. Общественная и частная деятельность теряет свой животворный смысл, перестает быть чем-то само собой разумеющимся и внутренне оправданным. Между человеком и обществом, между обществом и государством, между трудом и распределением, между материальным и духовным возникают непреодолимые барьеры и обратная связь на любом уровне и в любом направлении становится искусственной и механической. В пространстве связей неизбежно появляются новые паразитические социальные группы, которые эксплуатируют ОТЧУЖДЕНИЕ, усугубляя и канонизируя его, возводя его в высшую политико-социальную ценность.

Приведем несколько примеров того, в чем проявляется ОТЧУЖДЕНИЕ в различных областях.

Возьмем историю догматики христианства. Христианство возникло в границах иудейской традиции, как радикальный и абсолютный протест против религиозного ОТЧУЖДЕНИЯ, возведенного поздним иудаизмом в основной религиозный догмат. Иудейство было в тот период единственной религией, которая рассматривала происхождение мира как т в о р е н и е "из ничего", ex nihil, т.е. как нечто изначально и принципиально о т ч у ж д е н н о е от Бога, как и н о е, нежели Он. Все связи между людьми и Богом в иудаизме были опосредованны, механистичны и усложнены. Сама вселенная виделась как бездушный механизм, сконструированный отвлеченным и холодным инженером. Своего предела эта "креационистская" тенденция достигла в секте фарисеев, которая дошла до отрицания всех мистических и эзотерических тезисов иудейской традиции, которые можно было бы истолковать в живом, неотчужденном ключе (так к примеру, фарисеи отрицали воскресение мертвых).

Христианская доктрина была тотальным отвержением и опровержением иудейского духа, смертельным ударом, нанесенным той богословской конструкции, на которой было основано здание иудаизма. Именно в качестве доктрины ОТЧУЖДЕНИЯ иудаизм был назван позднее христианами "Синагогой Сатаны". Христианская доктрина в отношении иудаизма была радикальной и тотальной Революцией, так как, опровергая ветхозаветные отчужденные отношения человека-твари с Богом-Творцом, она устанавливала радикально новые, мистические и благодатные сыновьи отношения детей-христиан с Богом-Отцом. Этот абсолютно революционный характер христианства ярко запечатлен в главной христианской молитве "Отче наш", так как подобное обращение к Богу как Отцу в иудаизме, основанном на ОТЧУЖДЕНИИ, просто немыслимо. Не Тит Ливий и не римляне разрушили Второй Храм. Приход Сына Божьего положил конец иудейскому теократическому государству, как символу религиозного ОТЧУЖДЕНИЯ. Вместо Ветхого Храма пришел Новый Храм, Церковь Христова. Вместо "старого человека", "ветхого Адама", "человека ОТЧУЖДЕНИЯ" - - "новый человек", "новый Адам", Сын Божий и все облекшиеся во Христа верные, "сыны Света".

В христианстве яснее и полнее всего отражена глубинная доктрина всякой Революции -- отвержение "старого", "ветхого", "отчужденного" и установление "нового", "благодатного", вновь обретшего связь с Истоком, с Причиной, с Центром Бытия, и Богом Ж и в ы м.

Христианская традиция, поэтому, может быть рассмотрена как парадигма подлинно революционного духа в области религии; парадигма не историческая и обусловленная, но вневременная, вечная, мистическая и богословская.

Здесь происходит отчуждение государства от общества, от естественной и органичной социальной, общественной иерархии. Государство рано или поздно начинает стагнировать и тогда иерархия, основанная на органических проявлениях -- святость, духовность, ум, доблесть, мужество, мастерство и т.д. -- уступает место иерархии, основанной на отчужденных принципах -- скромность, хитрость, подлость, ловкость, льстивость, личная преданность, лживость, зависть, тупость и т.д. Неизбежно проходит процесс бюрократизации, превращения аристократов в чиновников и духовного сословия в прицерковных администраторов и моралистов. Элита, с необходимостью присутствующая в любом обществе (явно или скрыто), постепенно вырождается и стремится сохранить свои привилегии искусственным путем. Государство становится тираническим аппаратом подавления и возводит ОТЧУЖДЕНИЕ в принцип.

Такая "ветхая" государственность может носить как монархический, так и националистический характер, быть как либерально-капиталистической, так и социалистической. Ничто не гарантирует государства от ОТЧУЖДЕНИЯ и, следовательно, ничто не может исключить возможности Революции, направленной на создание "Нового Государства", на приведение к власти радикально "новой элиты", которая доказала бы в процессе героической революционной борьбы свое естественное, органическое право на власть.

Всякая историческая революция -- от реформ индусского царя Ашока, сделавшего буддизм государственной религией Индии, до Октябрьской революции 1917 года и национал-социалистической революции 1933 года -- это свержение "ветхого государства" ради установления "нового государства", уничтожение "старой элиты" (вместе со всеми ее продолжениями и "оппозиционными" отростками) и приход "новой элиты". Революция предполагает обновление Строя и полное уничтожение тех государственных структур, которые паразитировали на отчуждении, бюрократически эксплуатируя энергии порабощенного общества, где смелость и гений ставились на службу трусости и скудоумию.

Нация -- это культурно-политическое явление, основанное на единстве исторической судьбы. Бытие нации проходит сквозь душевные глубины ее членов, предопределяя особый ни на что не похожий национальный тип, воспроизводящий себя через социальные, языковые, культурные и даже генетические формы. В высшие моменты национальной истории почти все члены нации активно и сознательно, живо участвуют в ее судьбе, отождествляют себя с ней, не задумываясь жертвуют собой ради блага Народа.

Иногда нации приходят в упадок, отчуждаясь от своей судьбы, теряя органическую жизнь, превращаясь в "призрак". Гумилев называл это "химерическим этносом". Когда это происходит национальная идентификация становится не активной, но пассивной, проявляется через инерциальные и фрагментарные аспекты, а не через волевое и рискованное национальное самоутверждение. Взгляд нации обращается с ностальгией в прошлое, в сферу фольклора, настоящее представляется неизбежной, но приемлемой прозой, а о будущем никто всерьез не задумывается. Здесь происходит ОТЧУЖДЕНИЕ народа от своего собственного центра, от источника мистической Жизни, которая в высшие моменты национальной истории настолько очевидна и осознанна, что внушает национальным героям презрение к физической смерти. В периоды же упадка нация попадает под инородческое влияние -- ее либо завоевывают соседи, либо инородцы приходят в власти изнутри. Тогда нация продолжает существовать только номинально, и выразителями национальных интересов становятся паразиты и торговцы, которые эксплуатируют ОТЧУЖДЕНИЕ, выдавая самих себя за "интерпретаторов и выразителей национальных интересов". Так возникает "ветхий национализм" или "ветхий патриотизм", являющийся доктриной своего рода фарисеев, узурпирующих право толковать значение и смысл национальной истории. Естественно, чаще всего в этой роли выступают как раз те, кто наиболее удалены от истинно национальной стихии -- вырожденцы, полукровки и инородцы.

Национальная революция направлена против этого национального ОТЧУЖДЕНИЯ и с необходимостью предполагает рождение "новой нации", "нации героев и творцов", не интерпретаторов прошлого, но активных созидателей нового национального будущего. "Новая нация", рожденная Революцией, не останавливается перед доводами, что "такого, мол, еще не было в национальной истории". "Не было -- будет!" -- отвечают национальные революционеры и опрокидывают ветхую конструкцию отчужденного псевдонационализма.

В данном случае вполне применим марксистский анализ ОТЧУЖДЕНИЯ собственности производителей при капитализме и критика капиталистической эксплуатации.

Действительно, органичная и неотчужденная экономическая система предполагает постоянное сохранение связи производителя и произведенного товара. Производство должно быть сугубо творческим процессом, в котором субъект и объект производства (человек и товар) объединены причастностью к общему бытию, циркулирующему между ними непрерывно. Такой подход отрицает возможность измерять ценность произведенной вещи в чисто количественном (денежном) эквиваленте, и как следствие, перевод произведенного предмета от создателя к другим членам общества должен иметь характер обмена "энергиями бытия", имеющими в первую очередь качественный, а потом уже количественный смысл. В традиционном обществе экономическое отчуждение было минимальным и ритуализированным, так как традиционные виды производства -- крестьянство и ремесленничество -- имели целью не конечный продукт и уж тем более не его обращение в количественный "эквивалент", но сам процесс, творчество, сакральную литургию труда. (По этому поводу исчерпывающее исследование проделал французский левый философ Жорж Батай).

Экономическое отчуждение на практике существовало в той или иной степени во всех типах обществ, но своей канонизации, возведения в абсолют, в принцип, оно достигло только при капитализме, который положил ОТЧУЖДЕНИЕ продуктов производства и соответствующую эксплуатацию паразитарным классом реальных тружеников в основу экономической системы.

Социалистические революции были направлены против ОТЧУЖДЕНИЯ в экономике, и именно в этом состоит их положительный и духовный аспект. На место "старых", "ветхих" производственных отношений социализм ставит (по меньшей мере в теории) "новые", "братские", н е о т ч у ж д е н н ы е производственные отношения, в которых воскрешается идея "энергетического обмена", общественной циркуляции "сил бытия" во всем обществе без паразитов-посредников. Целью труда при социализме, как и в сакральном традиционном обществе, теоретически должен быть сам труд, само творчество, а не перспектива обращения живого произведения в мертвый денежный, цифровой эквивалент.

Преодоление экономического ОТЧУЖДЕНИЯ -- вот высшая цель социальной и социалистической Революции.

Таковы всего несколько примеров проявления ОТЧУЖДЕНИЯ. Можно найти еще множество аналогичных случаев в области науки, культуры, искусства, философии, промышленности, образования, быта и т. д. Поэтому принцип Революции, направленной против ОТЧУЖДЕНИЯ, применим универсально и повсеместно. Более того, последовательная и радикальная Революция должна стремиться к охвату максимального количества сфер, именно тогда она имеет шанс стать победной, необратимой и тотальной.

ОТЧУЖДЕНИЕ может возникнуть и проявиться где угодно. От него не свободны никто и ничто. Следовательно, и сама Революция никогда не может быть изжита и преодолена до конца. Ее полем является вся реальность, ежесекундно тяготеющая к энтропии, к солидарности с роком, к отказу от тайной огненной Жизни, к предательству Бытия.

2. Новая Религия

Радикальная революционная оппозиция предполагает тотальное обновление всех сторон жизни, и естественно, в первую очередь, это имеет отношение к сфере Духа, религии. В данном случае речь не идет о каком-то догматическом или ритуальном нововведении, не об отказе от тех или иных богословских принципов, не о сектантском или еретическом отпочковании от основного древа Традиции. (Хотя исторически любой революционный всплеск всегда сопровождался подобными трансформациями в религиозной сфере). Ветхое, в том числе и в духовном, религиозном смысле, должно быть отвергнуто. Оно не может не быть отвергнуто без того, чтобы Революция не превратилась в фарс и простую смену декораций. Но с другой стороны, очевидно, что религиозные течения, вырождающиеся в сектантство даже исходя из вполне благих и достойных, революционных побуждений, часто не только не спасают, но еще более усугубляют отчуждение Традиции от ее внутреннего Духа. (Классический пример этому -- Реформация Лютера, породившая в рамках христианства нечто еще более неадекватное, нежели Римская католическая церковь).

Наша духовная, религиозная Революция будет проходить в рамках аутентичной традиции, в рамках христианства и Православной Церкви, так как само христианство, и особенно, Православие в самой своей основе есть теоретически постоянная и радикальная духовная Революция, направленная через "покаяние" ("метанойю", дословно "изменение сознания", т.е. через переход от "ветхого сознания" к "новому") к "обожению". Однако силы энтропии даже эту героическую, огненную великую Традицию тотальной духовной Революции, выводящей верных за пределы Творения (и следовательно, Отчуждения) в нетварный мир световых божественных энергий Пресвятой Троицы, на земном уровне подчинили бремени Отчуждения. Многие священники превратились в "христианизированных фарисеев", относящихся к религии как к исполнению бюрократических обязанностей и низведших пылающие парадоксы догматов до убогих моралистических и упрощенных интерпретаций. Слава Богу, что в Православии в неприкосновенности остались все христианские ритуалы, догматы и таинства, т.е. вся нечеловеческая, чисто духовная сторона традиции. (В католичестве же искажению и извращению подверглись и эти аспекты Церкви, что делает духовную Консервативную Революцию на основе католицизма почти невозможной). Лишь светская, человеческая, "культурная" сторона Восточной Церкви была затронута фарисейским духом, выразившимся, к примеру, в социальном конформизме с любыми властями -- от царизма, через большевиков до либерал-космополитического режима современной России. Но не только политическая индифферентность и "эскапизм" современного Православия являются признаками его отчужденности. Вырождается сам церковный и околоцерковный настрой, переходя от нетварной и светоносной стихии Святого Духа к мелкочеловеческому, мещанскому, пацифистскому и формальному, интеллигентскому и морализаторскому нытью. Религия героев и аскетов, мудрецов и подвижников, богословов и чудотворцев, старцев и императоров, мужественных мучеников и страстных исповедников в наше время перешла в сферу салонно-интеллигентского развлечения, смутной сентиментальности и ядовитого лицемерия. Такое христианство -- не христианство, а нео-иудаизм. Христианство -- религия революционеров духа и героев, религия "новых людей", "новой элиты".

Религиозная Революция в Православии сохранит и укрепит все догматико-ритуальные, доктринальные и символические аспекты Православной Веры, соответствующие букве и духу Священного Писания и Священного Предания, а также в полном соответствии с принципами Вселенских Соборов и догматических постановлений 14-о века ("паламитские" споры). Но эта Революция низвергнет те наносные, интеллигентские, протестантско-дворянские, конформистски советские и тем паче либерально-демократические наносы, которые ложно отождествляют сегодня с Церковью и которые отталкивают от нее многих достойных, сильных и благородных людей революционной ориентации. Исповедание Христа, Сына Божьего, несовместимо с фарисейским и мироустроительным духом "ветхого Адама". Если мы "искуплены" Христом, то на нас принципиально н е т греха, и надо смело идти к свету обожения, а не подсчитывать скрупулезно свои несовершенства. Похороны мертвецов -- занятие мертвых. Занятие живых -- духовная Революция, духовный бросок вверх, к нетварным энергиям, к лучам Славы Господней. Православие -- торжество радости Воскресения, постоянное празднование Преображения, лучи которого освящают и Крестные Муки и тяжесть поста. Самая главная победа истории у ж е п р о и з о ш л а. Смерть побеждена, попрана. Сколько можно ныть и сокрушаться. Пусть этим занимаются иудеи. У нас есть прямой путь, ведущий не только к верхним регионам Творения, но сразу за его пределы. Мы становимся на него в миг Святого Крещения, "сраспинаясь и спогребаясь Христу", принимая в себя Духа Святаго. Он и есть подлинная Личность истинной духовной Революции, Вождь и Царь великой литургии Обожения.

Как контрастирует нынешнее уныние и неуверенность в Церкви с огненным духом Революционного Православия! Но это еще не повод для того, чтобы менять Веру, предавая Сына Божьего, впадать в мутный оккультизм или соблазнятся сектантством. Чтобы пробиться к Источнику Жизни в современной Церкви надо предпринять сверхчеловеческое усилие, напрячь все силы ума и души. Это требует героического напряжения воли -- ведь "широкий путь, открытый для всех" стал сегодня предельно узок. И не последнюю роль в отпугивании паствы от Спасения играют нынешние пастыри. Духовная Революция будет направлена против таких людей, против всяких узурпаторов и паразитов на великой силе Откровения.

Новая религия Революции будет обращением к истинному Православию, к надвременной, вечной Церкви, к сияющей нетварной реальности Пресвятой Троицы, которая не может ни прибывать, ни убывать во времени, и поэтому Вера в Христа всегда остается чем-то н о в ы м, небывалым, революционным, переворачивающим ветхий мир, "мир сей". Революционная Церковь будет Церковью Нового Иерусалима, высшим эсхатологическим напряжением всех сил души, рвущейся к своему истинному Истоку, к Богу и Духу.

Апокалиптическое Второе Пришествие и первое историческое Пришествие Иисуса Христа -- вот две абсолютные точки истинно православной религиозности. Именно в них полнота Духовной Истины, неотчужденной и нетварной Истины являет себя открыто и непосредственно. Религиозная Революция направлена вперед, в будущее к брачному мигу Пришествия Жениха и одновременно назад в прошлое, к сверхъестественной и сверхразумной чистоте Боговоплощения. Но оба эти момента проживаются и реализуются в н а с т о я щ е м, которое и есть сущность и огненное присутствие Духа Революции. Все остальное -- различные формы Отчуждения. Энтропия "ветхой" реальности пытается освоить и победить ту травму, которую привнесло в нее Пришествие Бога -Слова во плоти. Не в силах открыто противодействовать торжеству Благой Вести, как это делает до сих пор "Синагога Сатаны", часть "агентов" "ветхого" мира попыталась подорвать Церковь изнутри, свернуть ее на иудео-христианский путь, на путь компромисса и конформизма, на путь прагматизма и соглашательства. Но близкое дыхание Пришествия Царства Божьего-в-силах палит плевелы Отчуждения, войска "теплых", диверсантов "Лаодикийской церкви".

Православная Революция носит антииудейский и антииудеохристианский характер. Это -- просто христианство, как оно есть -- православное и единственное, ортодоксальное и непримиримое. Полноценное переживание религии не может быть "культурным", "умеренным", не может восприниматься как "дань обычаям предков" или "верность историческим корням". Такая музейная и слабосильная религия хуже атеизма. Истинная религия всегда Новая, она переживается как нечто небывалое, как только что свершившееся Откровение, как Озарение, как Просветление, как Преображение, как Обожение.

Только такая религия есть Религия Революции. За нее поднимутся на подвиг исповедания и восстания души лучшие люди нации, радикальные оппозиционеры, непримиримые борцы с Отчуждением, авангард Великой Революции, Абсолютной Революции, Последней Революции.

3. Новое Государство

Государство, вырождаясь, становится тоталитарно-бюрократической системой, аппаратом подавления, в котором принципы ОТЧУЖДЕНИЯ закрепляются и утверждаются как "право", как "закон". И тоталитарное государство, и авторитарное, и правовое лишь вариации возведения в абсолют абстрактных и мертвенных нормативов, выгодных только посредникам от государства, чиновникам и аппаратным паразитам. "Ветхим", "обветшавшим" был царский режим накануне Октябрьской революции 1917, где за фасадом традиционного и сакрального монархизма скрывалась циничная и агрессивная реальность крепнущего "российского капитализма". "Ветхим" было в последние десятилетия советское государство, утратившее и страсть Октябрьской революции и государственный, патриотический порыв сталинской эпохи. "Ветхими" являются все капиталистические режимы без исключениями (капитализм вообще не признает самостоятельной ценности государства и использует его лишь как дополнение к рынку). Трижды "ветхим" является современное российское государство, совмещающее в себе все возможные формы ОТЧУЖДЕНИЯ как советского (его иерархия -- это люди коммунистической системы), так либерал-капиталистического образца ("элита" состоит отчасти из наиболее подлых и циничных спекулянтов и мафиози), а кроме того, все больше стали проявляться неомонархические тенденции, десакрализированные и чисто декоративные (что заставляет вспомнить не о начале, но о закате эпохе Романовых).

Это государство, со всей его системой, чиновничьим аппаратом, секторами и разделами, связями и кланами, родственными и преступными сетями, политическими и коммерческими службами, промышленными структурами и финансовыми механизмами будет тотально дотла у н и ч т о ж е н о, р а з о р е н о и в з о р в а н о нашей Революцией. Это государство -- зло. Оно основано на преступлении, лжи и пороке. Сегодня неважно является ли оно диктаторским или правовым, национальным или советским. Важно лишь, что в нем торжествует дух смерти и отчуждения, его жизненной энергией является коррупция и подкуп, его главной опорой служат продукты антиселекции -- наиболее подлые и циничные, наиболее безнравственные и недееспособные кадры, сочетающие в себе пороки советской стагнации и неокапиталистического воровства.

"Ветхая" элита этого государства подлежит радикальному истреблению, искоренению. На ее место должна прийти совершенно "новая", революционная элита, которая и станет творческой силой для создания Нового Государства, Великого Русского Государства, которое поразит мир своей мощью, силой, светом своего подвижнического созидания.

Новое Государство будет строиться на основании главного фундаментального принципа -- все ключевые посты, вся иерархия власти, все ответственные должности будут занимать только те люди, которые обладают внутренним достоинством, волей, жертвенным горением, абсолютным идеализмом, аскетическим и героическим складом характера, которые свободны от понимания власти как "привилегии", и рассматривают ее как жертвенное служение высшей Истине. Новая элита государства сможет проявить себя и доказать свою состоятельность только в процессе революционной борьбы, борьбы по Завоеванию Государства. В Новом Государстве люди будут оцениваться только по личному духовному органическому качеству -- по наличию воли, ума, стойкости, мужества. Это будет принципиально "новая элита", рожденная из всех слоев общества (и особенно из среды народа -- рабочих, крестьян, молодежи), которая сложится в единый духовный организм в ходе испытаний радикальной оппозицией, национальной Революцией, а таких испытаний, видимо, придется пережить достаточно.

Новая элита должна стать основой несущего каркаса грядущего государства. Само это государство будет пониматься предельно идеально, как высшая, почти нечеловеческая ценность, как Священная Империя, как Вотчина Духа, отвоеванная у сил рока и энтропии. Поэтому принцип государственного единства и государственных интересов будет поддерживаться самым революционным ядром нации, которое будет формироваться на основе жесточайших критериев из самых сознательных и достойных.

Новое Государство будет предельно централизованно и сплочено на стратегическом и политическом уровне. Оно будет Абсолютным Государством, не допускающим в своих пределах никакой стратегической или политической автономии ни для каких внутренних образований. Новая элита будет гарантом и хранителем духовной целостности Государства, его жизненными центром.

В этой перспективе Государство будет строго отделено от общества, экономики, культуры и собственно религии. Оно будет иметь сакральный имперский характер и обеспечивать стратегическое и политическое единство для всех общественных сил, но при этом никакого насилия или контроля над жизнью людей не будет. Новое Государство будет священной формой, единым сосудом, в котором будет жить "новая нация" и "новая Церковь", но при этом государственный централизм будет ограничен исключительно стратегическим и геополитическим уровнем. Абсолютное Государство, созданное в ходе Революции, не будет ни монархией (в старом понимании этого слова), ни демократическим (правовым), ни социалистическим. Это будет геополитическим, стратегическим образованием, предполагающим самую широкую степень общественно-культурной свободы в своих рамках. И эта свобода будет не ограничена ничем, кроме императива стратегической мощи и геополитического единства территорий. Новая элита будет управлять этим государством как своего рода духовно-военный Орден, озабоченный лишь наиболее глобальными целями и предоставляющий решение частных внутренних проблем естественным национальным, социальным, культурным и религиозным образованиям. Новая элита будет промежуточным звеном между Государством и обществом. Лишь наиболее универсальные, наиболее одаренные и исключительные люди будут включаться в процессы управления непосредственно государством, тогда как всем остальным будет предоставлена максимальная степень социально-культурной свободы.

Именно такими были подлинно имперские государства, утверждающие свои границы, свои штандарты, свои посты на гигантских территориях, но при этом позволяющие всем имперским народам и религиям жить своей жизнью и придерживаться своей этики. Жесточайший геополитический централизм и стратегический тоталитаризм будут сочетаться в Новом Государстве с предельной социальной свободой вплоть до национал-анархизма.

Сущность государства как такового, его причина, его внутреннейшее бытие заключается в том, что сама идея государства связана с идеей "рая", волшебного изобильного пространства, отвоеванного Духом у сил рока. Сакральное государство -- это остров Мира в океане агрессии, крепость вертикального самоутверждения в пустыне разложения и упадка. Таким образом, аутентичное государство должно быть ожесточенным и грозным вовне и миролюбивым и "нежным" внутри. Государство должно обратить всю свою силу и энергию на э к с п а н с и ю, на расширение сферы Порядка, воплощенного в нем, все дальше и дальше по концентрическим кругам. Чем жестче становится его внешняя сторона, тем мягче внутренняя. Армия и вооруженные силы соответствуют именно экспансии, вектору, направленному вовне. Внутренняя полиция и службы безопасности направлены, напротив, внутрь. Соответственно Армия несет агрессию вовне, а полиция вовнутрь, являясь аппаратом гражданского подавления. Исходя из своих основных принципов Новое Государство будет иметь могущественнейшую армию и крайне незначительную полицию. Новая элита будет иметь однозначно воинскую ориентацию, а все внутренние войска будут формироваться из армейских ветеранов. Надзор, доносы, слежка, цензура и т.д., вся совокупность внутренней диктатуры полицейского государства будут упразднены и поставлены вне закона. Страшный и жестокий для внешнего государственный Порядок будет крайне мягок в отношении своих подданных. Воспитание, образование, подготовка новой элиты будут основаны в Новом Государстве на чисто идеалистических принципах -- на сознательности, духовности, убеждении, интеллектуальной демонстрации Истины. Система принуждения будет сведена к минимуму. Единственным общеобязательным пунктом будет лояльность к Сакральной Империи и ее основной идее, или иными словами верность Революции.

Созидание Нового Государства невозможно без разрушения ветхого; пришествие новой элиты немыслимо без уничтожения старой. Поэтому сейчас бессмысленно детально описывать нюансы того Строя, который грядет. Вся конкретная сторона будет определяться постепенно в ходе борьбы. Общий принцип Нового Государства ясен -- это радикальное преодоление ОТЧУЖДЕНИЯ, бюрократизма, чиновничьего духа, полицейского тоталитаризма и "правового фарисейства". Революция уточнит все недостающие моменты. Какова будет новая элита, таково будет и Новое Государство.

4. Новая Нация

Задачей Национальной Революции является построение Новой Нации. Это требует появления особого, нового типа национализма, не исчерпывающегося ностальгическим и фольклорным национализмом, обращенным в прошлое и консервативно ориентированным. Новый национализм должен быть пассионарным, агрессивным, нацеленным скорее в будущее и основанным на глубоком понимании национального настоящего. Новый национализм -- это национализм "здесь и теперь", это вкус истории, переживаемой не опосредованно и литературно, как предание о прошедшем, но напрямую и конкретно, страстно и трагически. Нация живет в "вечном настоящем", именно в этом и заключается ее загадка, ее мистика. Подвиг отцов оживает в детях, и поколения объединяются в едином дыхании, в миге великого национального Свершения.

Национальная Революция ставит своей целью пробуждение самого глубинного национального инстинкта, который не является ни инстинктом выживания, ни инстинктом самосохранения, но инстинктом Величия, Подвига, свершения Невозможного. Именно на этот всеобщий национальный героизм и ориентирован новый национализм. Биологическая численность, здоровье, чистота крови, материальная обеспеченность, психологическая удовлетворенность -- все эти национальные проблемы представляются вторичными и опосредованными, не пригодными для того, чтобы стать знаменем Национального Пробуждения. Конечно, революционная националистическая власть сделает все возможное для заботы о своем народе, о его процветании. Но не это главное. Самый сытый и комфортный образ жизни при отсутствии духовной национальной мобилизации, при духовном упадке для подлинных националистов будет лишь помехой и преградой. Сытость, изобилие, благополучие -- эти лозунги не имеют ничего общего с Национальной Революцией; ради таких целей ни один порядочный человек ее пойдет на страдания, смерть, борьбу, Революцию. Народ существует ради высшей духовной миссии ("Народы -- это мысли бога", говорил теоретик национализма Гердер), и именно исполнение этой миссии делает из Нации нечто большее, чем простое собрание человеческих индивидуумов. Нация понимается революционерами почти как религиозная община, требующая полной материальной и физической отдачи и возмещающая эти затраты благодатными духовными энергиями.

"Ветхая" нация может проявлять свой порок по разному -- через безразличное ко всему благосостояние (это, естественно, не наш случай), через оккупацию инородной нацией и потерю своего лица, через вырождение своих национальных ценностей до прагматического, эгоистического уровня, через предельный консерватизм, превращающий этнос в резервацию и т.д. Во всех случаях речь идет об ОТЧУЖДЕНИИ нации от ее глубинного мистического бытия. Нет сомнений, что ныне наша нация переживает именно "обветшание", темный период потери собственного "я". И тем не менее, это временный процесс. Среди евразийских народов русские являются, быть может, самой молодой нацией, самой свежей, полной сил и потенций. Это очевидно даже на психологическом уровне -- в нашей стране, во всей ее истории, постоянно проглядывается н е з а к о н ч е н н о с т ь, н е з а в е р ш е н н о с т ь. Это не признак нашей бездарности, это свидетельство того, что мы ж и в ы, что мы не законсервировались и не сконцентрировались на каком -то промежуточном результате, посчитав его "высшей ценностью". Наша нация -- молода по сути, ее лишь пытаются сделать "ветхой", пытаются искусственно внушить, что "все позади" и ничего кроме ностальгии русским не остается. Мы скорее, оккупированы и растеряны, но не "стары". Мы сегодня болеем, но лихорадка заставляет национальный организм напрячь все свои тайные силы.

Чтобы пояснить сущность нового национализма можно привести в пример два классических отношения к качеству "незаконченности" нашей национальной истории. Именно это утверждение разделяет наше общества на два лагеря -- русофобов-западников и патриотов-славянофилов. Западники видят в национальной незаконченности русских лишь ущербность и неполноценность. Сравнивая русских с Европой (и даже в чем -то с Азией) русофобы довольно доказательно иллюстрируют незавершенность наших национальных форм -- в политике, культуре, искусстве, быту и т.д. -- и законченность и определенность западных обществ. На этом строится антирусская полемика еще со времен Чаадаева и Кюстена. Безусловно, русофобская линия является опасной и ядовитой для национального самосознания нашего народа. Она чревата внутренней и внешней оккупацией и искусственным отчуждением нации от ее бытия. Русофобы перестают быть русскими, предают историю своего народа, и поэтому даже определенная справедливость их утверждений относительно нашей "незаконченности" в их гипертрофированной ненависти из частичной истины превращается в ложь и враждебную антинациональную пропаганду. Как бы то ни было русофобы своим восторгом перед "законченностью" способствуют "ветшанию" нации, ее отчуждению, так как они выступают именно как апологеты Отчуждения, причем ко всему прочему отчуждения иностранного и постороннего для нашей истории.

Славянофилы, со своей стороны, вообще отказываются признавать нашу "незаконченность", утверждая, вопреки очевидности, что наша национальная история совершенна и полноценна, что все лучшее в ней уже произошло, и что смысл национализма в консервативном сохранении статус кво и пестовании исторических деталей прошлого. Они рассматривают Россию как законченную и совершенную реальность, как окончательный продукт исторической жизни нации. Неслучайно, так часто можно услышать от славянофилов о "золотой осени" России. На самом деле, такой "старый национализм" неадекватен, порочен и враждебен нации. Он, так же как и русофобия, приучает русских к отчуждению, но только если "западники" делают это безмерно критикуя Россию, то "славянофилы" -- безмерно прославляя ее. "Старый национализм", естественно, в свою очередь делится на множество лагерей, каждый из которых утверждает свою версию того, что же было "золотым веком" России и ее историческим пиком, ее завершением. Одни говорят о Киевской Руси, другие о Московской, третьи прославляют Ивана Грозного, четвертые Петра, пятые Романовых от Павла и Александра I, шестые, наконец, видят "вершину русской истории" в советском периоде и СССР. Все они, однако, едины в своем анахронизме и фанатическом отрицании той "незаконченности", на которую справедливо указывают русофобы, но которую они не адекватно трактуют.

Новый национализм понимает эту проблему иначе и чем "ветхие" националисты и чем русофобы. Национальная Революция признает "незаконченность" русской истории, незавершенность, даже "недоделанность" нашей национальной стихии, но при этом она считает своим долгом в в о л е в о м и с т р а с т н о м порыве з а к о н ч и т ь великое дело Нации, осуществить и выявить ту тайную миссию, которую скрыто несла в себе Россия. Задача национальной Революции сделать "тайное" "явным", реализовать мессианские чаяния народа-богоносца, поставить триумфальную точку в конце эсхатологически ориентированной сакральной истории России. Новый национализм выступает против и русофобии и славянофильства, так как и то и другое не решает проблемы Отчуждения нации от ее собственного бытия, не правильно ставя вопрос и давая на него неправильные ответы.

Киев, Москва, Санкт-Петербург, Ленинград, Сибирь, СССР -- все это векторы истории молодой и великой нации, намеченные, но не доведенные до конца, подобно наброску, очерчивающему общий вид будущей картины без скрупулезного прорисовывания деталей. Новая Нация, которая возникнет в результате победы Национальной Революции будет и киевоцентричной, и москвоцентричной, и имперско-петербургской, и просибирской, и советской одновременно. Новый национализм будет интегральным и открытым, а не эксклюзивистским и сектантским. И более того, в этой национализме проявятся и иные небывалые еще измерения национального строительства -- евразийские, континентальные и, быть может, планетарные. Великому народу-богоносцу стыдно довольствоваться теми относительно небольшими свершениями, которые уже в прошлом. Сегодня нам принадлежит Евразия, завтра весь мир. Новая нация станет нацией русского-всечеловека, о чем пророчески догадывался Достоевский.

В нашей незавершенности залог нашего будущего, в этом наша сила, наша энергия, наша "пассионарность".

Новая Нация не будет слита с Государством. Она будет существовать как его наполнение, как живая, пластичная и гибкая субстанция в рамках жесткой внешней конструкции. Если Новое Государство будет символизировать тело будущего Порядка, то Новая Нация -- его душу. Государство будет инструментом Нации, а не наоборот, ее доспехами, ее орудием. Национальное существование будет протекать не по жестким регламентированным нормам, необходимым в случае Государства, но свободно и естественно, подчиняясь импульсам Жизни и Духа, которые нельзя описать правовыми параграфами или детально спланировать. Централизм и унитарность на уровне Государства на уровне нации будут компенсированы предельным плюрализмом и демократией, органической демократией, которая позволит каждому сектору национальной, региональной и культурной жизни выбирать свои пути для развития и самовыражения. Обычаи, этические приоритеты, стили искусства и даже структуры самоуправления будут крайне разнообразными; они будут вырабатываться на основе культурных особенностей, социальных предпочтений, локальных и региональных ориентаций. Единственным основным императивом национальной жизни станет принцип о р г а н и ч н о с т и, естественной спонтанности в сочетании с исторической укорененностью. Традиция должна пониматься как нечто живое, духовное, почвенное.

Принцип Нации в революционной реальности будет понят как нечто совершенно новое. С одной стороны, нация, взятая как этнос, как биологическое сообщество людей, объединенных кровью и особым "коллективным бессознательным" будет жить в согласии со своими естественными и органическими законами, укорененными в традиции и этических принципах народа. Разные этносы в рамках Нового Государства получат не только право на сохранение своей идентичности, своеобразия, своей исторической культурной, религиозной, языковой и этической особости, но все это станет для них о б я з а т е л ь н ы м, категорическим императивом. На этом этническом уровне во главу угла будет поставлена именно почвенность, укорененность, которая может проявляться и не только на уровне крупных этнических образований, но и на уровне областей и местностей. Этнос в Новом Государстве будет почитаться как духовная органическая ценность, и в этом отношении государственной политикой станет предельный этнический плюрализм, регионализм, упор на сохранение локальных традиций и исторических особостей. Такой плюрализм может доходить до учреждения плюрализма этических и даже юридических норм в зависимости от этнического контекста. То, что будет считаться недопустимым в одном этносе, будет приветствоваться в другом, если это соответствует духу этнических, культурных и религиозных традиций. Любое проявление этнического своеобразия будет поощряться и поддерживаться. Единственным ограничением этнической свободы будет ограничение политических и стратегических прав этносов, т.е. запрет на выход за границы Нового Государства и на ведение политической деятельности в пользу врагов Государства. Этнические элиты будут иметь два уровня -- первый будет управлять внутренними национальными делами, другой уровень будет интегрироваться в сугубо государственную, военно-орденскую элиту, надэтнического, и в чем-то наднационального характера. Естественно, такое разделение будет проходить на строго добровольной основе.

С другой стороны, Новая Нация может быть понята и как общая, сверх-этническая категория, как объединение всех народов и всех социальных слоев Нового Государства. В этом случае, эта Нация будет иметь конусоидальную структуру -- ее верхушка будет совпадать с военно-государственной сверхэтнической элитой, с Орденом, а ее основание будет дифференцироваться в зависимости от локальных этнических групп. Такая Единая Новая Нация будет создаваться постепенно и естественно, без форсирования этнического смешения или культурной нивелировки. Эту Новую Нацию должна создать Новая Элита, как свое продолжение, как свою проекцию на народ и народы. Циркуляция людей в Новом Государстве, процессы спонтанного этногенеза, поэтапное слияние людей в новую, еще небывалую, героическую, революционную Общность, Общину, в которой межэтническое Отчуждение будет преодолено не насильственно и декретно, как пытались это сделать в СССР, но естественно и органично, через героическое, жертвенное, аскетическое и революционное приближение этносов к Великому Архетипу, к сакральному идеалу Бого-Человечества, -- все это будет проходить через инстанцию Новой Элиты, где частное будет магически трансформироваться в Общее, где будет преодолеваться недостаточность Отдельного и обретаться изобилие Общего. Новая Нация будет обладать особыми сакральными характеристиками. Это будет Нация Детей Солнца, высших, благородных, преображенных Подвигом существ, поднявшихся над ограниченностью своей человеческой природы. Новая Нация, к которой будет идти наша Революция, станет общностью Сверхчеловеческих Личностей, свободных и благородных Священников, Воинов, Созидателей. Мы выведем не только Нацию, но Новую Расу, Расу Свободных Господ и Повелителей, Расу Героев, Расу Победителей.

Наш русский народ национально не завершен, но именно потому, что он в глубине души осознает свое Предназначение -- миссию стать ядром Новой Эсхатологической Нации, Новой Преображенной Расы. Именно так понимает свои задачи наш революционный национализм; именно к такой цели мы будем вести новых героев, героев Национальной Революции.

5. Новая Экономика

Экономические проблемы имеют центральное значение для всех "старых" политических формаций, для всех "старых" оппозиционеров и правителей. Для Революционной Оппозиции экономика стоит на довольно второстепенном месте и является лишь областью применения общих революционных принципов к этой конкретной сфере. Но существуют два фактора, которые тем не менее наделяют и этот уровень определенной важностью и даже центральностью. Во-первых, в современном мире чисто духовные реальности с трудом осознаются и различаются огрубевшим апокалиптическим человечеством, которое основывает свой выбор на более ощутимых и "весомых" (как ему кажется), материальных категориях. Это означает, что экономические проблемы затрагивают современного человека куда острее, чем проблемы "отвлеченные" или кажущиеся таковыми. Во-вторых, экономическая и материальная сфера на самом деле не является чем-то отдельным от духа и самостоятельным; это -- продолжение духовной реальности, ее "конденсация", фиксация тонких энергий и даже идей на грубом плане. Следовательно, сам выбор экономической модели или системы материального устройства общества является прямым проявлением особенности идейных платформ и изначальных духовных установок той или иной идеологической группы. Поэтому, не считая экономический аспект самым важным, Революционная Оппозиция вполне может пойти на прагматический шаг и сделать именно из экономической программы свое наиболее острое и радикальное оружие, свое идеологическое знамя.

Экономическим ориентиром Революции является радикальный и бескомпромиссный, огненный, революционный, героический СОЦИАЛИЗМ. Только и исключительно в социализме в наше время может найти свое выражение великая борьба против Отчуждения на материальном и социальном планах. Революционная оппозиция полностью солидарна с марксистским анализом экономического ОТЧУЖДЕНИЯ, на котором зиждется капитализм и буржуазный строй. Вслед за Марксом следует утвердить, что режим капиталистической эксплуатации является худшей формой несправедливости и что тотальная Революция против такого строя неизбежна и обязательна. Вслед за Марксом следует признать, что именно в буржуазном классе и в капиталистическом пародийном "империализме" экономическое Отчуждение достигает своего наивысшего предела, своей идеально негативной и тоталитарной формы. Вслед за Марксом следует настаивать на необходимости полного и окончательного свержения всех форм капиталистической Системы и уничтожения буржуазии как класса. Капиталистическое общество не просто имеет в своей структуре элементы ОТЧУЖДЕНИЯ, оно канонизирует их, возводит эксплуатацию в абсолют. И в конце концов, эта эксплуатация перестает быть эксплуатацией человека человеком, но становится диктатурой безличного и бездушного, космополитического, безродного Капитала, и его механизированных рабов и роботов. Капиталистическое общество -- это общество лжи, насилия и преступления. Распределение, труд, законы -- все в нем основано на манипуляции и перманентном экономическом и социальном отчуждении. Несмотря на не совсем удачные опыты построения социализма в бывших советских государствах, в с я сущностная критика Марксом буржуазного строя остается приемлемой и актуальной и поныне. Хотя отнюдь не весь марксизм адекватен в полной мере: не приемлемы его антирелигиозные, антинациональные, прогрессистские, гуманистические и некоторые другие стороны, возникшие из либерально-просвещенческих предрассудков "левой" интеллигенции 19-о века.

Антикапитализм истинной Революции имеет и еще один немарксистский источник (на этот раз не "левый", но "правый"). Так согласно Жоржу Дюмезилю, исследователю индо-европейской белой расы, традиционное арийское общество вообще не знало касты т о р г о в ц е в, т.е. аналога того класса, который именуется сегодня капиталистическим. Дюмезиль утверждает, что классическое трехчленное индо-европейское общество состояло из духовной (жреческой) касты, воинов (королей, правителей и администраторов) и производителей (землепашцев, скотоводов, ремесленников и т.д.) Вопросы обмена, распределения и собственно коммерции были в компетенции именно воинов-администраторов, властителей, а деньги печатались жрецами и имели сакрально-символическую и качественную, а не материально-количественную функцию (как сегодня). Торговцы, как особая каста или класс появились в рамках индо-европейской цивилизации на поздних этапах, как расово чуждый, посторонний компонент. В греко-латинском и шире средиземноморском ареале носителями торгового строя были "семиты" и другие "левантийские" этносы. В индо-иранской цивилизации -- иные неарийские народности, постепенно интегрировавшиеся в состав третьей касты (изначально бывшей кастой только тружеников и производителей). Таким образом, Третьим сословием являются не буржуа, но труженики -- рабочие и крестьяне. Капиталисты, торговцы и т.д. являются социальными "диверсантами", социальными "инородцами" в экономических системах индо-европейских белых народов. Тот строй, который ставит во главу угла именно торговцев и шире Капитал, ставший самостоятельной и центральной экономической категорией, не может не привести к полному социальному и экономическому отчуждению -- произведенных товаров от самих производителей, так как он основывается на на этике и логике совершенно чуждой индо-европейской системе ценностей и соответствующим социальным традициям. В докапиталистическом обществе в рамках индо-европейской цивилизации действовали законы, ограничивающие торговлю и запрещающие рост денег. В этом проявлялся социально-экономический дух белой расы, ее общественная этика. Приход капитализма и снятие этих запретов совпали по времени с духовным и политическим кризисом, с потерей европейцами своей живой духовной Традиции. В капитализме закрепился тип не только экономического, но и расового, национального отчуждения. И не случайно наиболее чистые "экспериментальные" формы капиталистического общества являются одновременно "чемпионами" расового смешения и количественного, антинационального, атомарного общества, известного как "melting pot".

Экономический Строй, который установит наша Революция, будет строго антикапиталистическим и СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМ. Производство, творчество, созидание будут поставлено во главу угла. Сфера распределения будет основана на принципах Справедливости, а не эффективности, на принципах общинности, а не эксплуатации или спекуляции. Если во всех других аспектах нового общества Революционный Строй установит естественную иерархию, основанную на личном качестве, достоинстве и таланте каждого человека, то в сфере экономической и материальной различие между людьми должно быть сведено к минимуму, так как материальное превосходство является самым несущественным и второстепенным среди всех других. Более того, материальное равенство людей сконцентрирует их усилия и интересы в иных, нематериальных сферах, которые, соответственно, и станут той областью, где будет реализовываться свободное и честное самоутверждение людей, где будет складываться естественная и органичная иерархия.

Новый Социализм, который возникнет в результате Революции, будет значительно отличаться от исторической советской модели. Главное отличие в том, что он будет не социализмом г о с у д а р с т в е н н ы м, но социализмом н а р о д н ы м и н а ц и о н а л ь н ы м. Советская (да и китайская) социалистическая система предполагала передачу произведенного тружеником товара (или иной ценности) от индивидуума к самой высшей, государственной инстанции, где и осуществлялось перераспределение и намечались пути возврата общегосударственного достояния назад к обществу и далее к индивидууму. При таком "длинном" пути от человека к государству (к его узкой верхушке) и назад, от государства к человеку, возникало глубокое ОТЧУЖДЕНИЕ, порождающее эффект, близкий к капиталистической модели и мешающее индивидууму увидеть и оценить объем "возвращенного" ему лично. Между человеком и высшей инстанцией государственной власти выстроилась целая система посредников, экономических и социальных бюрократов, которые эксплуатировали процесс Отчуждения и постепенно разрушали те собственно социалистические элементы, которые безусловно присутствовали в советской системе. Фактически социальные бюрократы и стали аналогом "торгового класса" при социализме, и в перестройку они выступили движущей силой нынешней капитализации России, "приватизаторами", спекулянтами, покровителями криминальных сетей. В современном Китае тот же процесс прошел еще более откровенно -- в ходе "либерализации" коммунистические чиновники, оставаясь единственной тоталитарной политической силой, переквалифицировались из надзирателей и администраторов в хозяев и господ, добавив к полноте своей политической власти еще и экономические рычаги. Китай является однозначно негативным примером либеральных реформ для истинных русских социалистов и революционеров, так как там произошло нечто худшее, нежели свержение или крушение социализма (как в России), там реализовалось полное и окончательное в ы р о ж д е н и е социализма, та конвергенция, о которой мечтали (и которую усердно готовили) наиболее прозорливые и амбициозные теоретики современного капитализма, планетарного рынка.

С другой стороны, советский социализм не уделял должного внимания крестьянству и центральности этого трудового класса для сохранения духовной, национальной и культурной преемственности нации. Новый Социализм будет ориентироваться именно на крестьянство, как на социальный слой, непосредственно связанный с почвой, основой, Землей. Крестьянин -- это основа нации, ее культуры, ее традиций, ее этики. Крестьянин -- это центральный элемент именно индо-европейской цивилизации, так как культивация хлеба, пшеницы была отличительной чертой арийских народов, пришедших в Евразию, Африку и Америку с далекого первобытного Севера. Можно сказать, что новый социализм будет не столько "пролетарским", сколько крестьянским; в той же степени, в которой он будет не столько интернациональным, сколько национальным (и, соответственно, русским).

И наконец, Новый Социализм будет абсолютно революционным, так как его основной задачей является не улучшить хозяйственную, промышленную, финансовую, одним словом, экономическую систему, уже существующую в настоящий момент, но создать радикально новый экономический Строй, новый социалистический Порядок, который будет основан на преодолении всех возможных форм экономического ОТЧУЖДЕНИЯ, в том числе и свойственных историческому социализму советского или китайского типов. Радикальная социальная Революция будет направлена не на воссоздание старого социализма, но на творение, рискованное и драматическое созидание принципиально новой социально-экономической модели, на утверждение Нового Социализма, базирующегося на почвенных, национальных и народных ценностях. Это будет религиозный и эсхатологический "правый" социализма, о котором мечтал Леонтьев.

Смысл Нового Социализма кратко сводится к следующим основным принципам. Как и во всяком социализме главной социальной единицей, на которой основывается все общественное устройство, является здесь, в отличие от капитализма, не индивидуум (человек), а коллектив, общность, община. Социальная ответственность также лежит на коллективе. Именно коллектив является первичной базой производства и основным фундаментом экономики. Капитализм провозглашает экономическую свободу индивидуального предпринимателя и отсутствие ограничений на частную собственность. Социализм утверждает прямую экономическую зависимость индивидуума от коллектива и практически отрицает частную собственность, как ее понимает римское право и все его современные вариации.

Социализм видит смысл экономической деятельности человека в творческом, созидательном, героическом и жертвенном порыве. Труд, в этой перспективе, есть глубинная естественная и базовая характеристика человека как вида, смысл которого заключается в постоянном преодолении космической инерции, в созидании формы из хаоса материи. Творческий труд -- это реализация человеческого естества, и понятый таким, качественным образом, сам труд всегда больше, чем его результат; сам он уже является наградой для человека, так как в нем он осуществляет свое видовое предназначение. Это -- основа Нового Социализма, который утверждает примат героического Преодоления, как главного стимула трудовой деятельности. Но столь ясное представление о мотивации труда, творчества, может наличествовать лишь у определенной части общества, ясно осознающей свою видовую миссию и сознательно делающей своей целью борьбу с космической инерцией. Это -- элита, и ее деятельность не нуждается ни в какой идеальной или материальной дополнительной мотивации. Именно этот тип людей должен стоять во главе нового социалистического общества.

Другая, более распространенная категория людей нуждается в дополнительном моральном стимуле труда. При Новом Социализме таким стимулом будет к о л л е к т и в, органическая общность, о б щ и н а. Причем этот труд на благо "общности", коммунитарный, социалистический труд в отличии от советской модели будет иметь органические, традиционные, конкретные формы. Коллективное и общественное будет понято конкретно -- как религиозное единство (Новая Церковь), как нация, как народ, как этнос, и уже, как региональный, областной, территориальный, и даже родовой, семейный уровень. Такой о б щ и н н ы й, н а р о д н ы й, н а ц и о н а л ь н ы й социализм предлагает как мотивацию труда некий промежуточный элемент между чистым императивом высшей элиты и материальной пассивностью обывательской массы. Такой труд осуществляется не ради себя, но ради людей, коллектива, нации, общины, предприятия, рода, семьи. В отличии от героической и жертвенной элиты на этом уровне происходит определенная отдача, определенная конкретизация затраченных человеком усилий -- в увеличении благосостояния тех общественных структур, с благом которых человек отождествляет свое бытие и соответственно свой созидательный импульс. В этом радикальное отличие советского государственного социализма, отождествившего коллективную сферу со всем обществом, со всем государством, что сделало ее далекой и безжизненной абстракцией и породило Отчуждение, от Нового Социализма, учитывающего и утверждающего как позитивные все промежуточные, естественные, органические формы коллектива -- от семейного до национального и религиозного уровней. На всем этом уровне продукты индивидуального труда будут переводиться в коллективную собственность по предельно гибкой системе, зависящей от множества факторов. Причем передача продуктов труда на каждый последующий, более общий уровень, начиная с базовой социальной ячейки, -- семьи, мелкого предприятия, кооператива, -- будет всегда миноритарной, т.е. большая часть будет оставаться и перераспределяться на низших социальных ступенях, а меньшая будет передаваться на высшие уровни вплоть до государственного. В дополнение к этому будут введены корпоративные элементы, т.е. создание профессиональных корпораций, рассматриваемых как органические общественные объединения с максимальной степенью социальной и экономической свободы. Субъектом экономической деятельности при такой системе будет являться о р г а н и ч е с к и й к о л л е к т и в (каким бы большим или малым он ни был), он же будет и главной инстанцией при распределении результатов труда, товарообмене, административно-хозяйственном налаживании производства. Особыми полномочиями тех или иных людей будут наделять только члены самого конкретного коллектива. И таким образом будет в каждом случае соблюдаться принцип прямой, народной демократии. Лишь члены государственной элиты будут подчиняться более жесткой и более авторитарной дисциплине, но это будет распространяться только на тех, кто добровольно примет аскетический, героический стиль рыцарского, жертвенного служения Новому Государству.

И наконец, третьим общественным пластом Нового Социализма будут пассивные обыватели, которые не смогут принять не только аскетический идеал государственной элиты, но и этических принципов благородного труда ради общественного блага. Такие типы людей, не способные к идеальной мотивации трудовой деятельности либо в силу гипертрофированного эгоизма, либо в силу природной пассивности, будут рассматриваться как элемент, в р а ж д е б н ы й новой экономической системе. В их отношении будут предприняты жесткие насильственные меры, либо репрессивного, либо принудительно-трудового характера. Люди материалистического, эгоистического, "коммерческого" склада будут рассматриваться как "враги народа", "враги нации", "враги социализма". Если кто-то из них не захочет добровольно трудиться на Новый Порядок, их заставят это делать насильственным путем.

Как бы то ни было, все три, упомянутые нами стимулы труда в новом обществе будут сущностно н е э к о н о м и ч е с к и м и -- будь-то чистый метафизический аскетизм государственной элиты, общинный идеализм основной части общества или принудительный труд антисоциалистических элементов. Во всех трех случаях революционный социализм утвердит на экономическом уровне принципиальную н е з а в и м о с т ь людей от грубо материальных, низменных, чисто физических и количественных аспектов действительности. Во всех случаях дух и идея, достоинство и воля будут поставлены н а д материальной необходимостью и законами экономического рока. Смысл социализма в тотальном утверждении победы Духа над материей, Воли над инерцией, Созидания над хаосом. Человек как эгоистическое, индивидуалистическое, атомарно-количественное существо при социализме отомрет. Родится Новый Человек, по ту сторону ОТЧУЖДЕНИЯ, Свободный Человек, Сверхчеловек, Герой. Можно назвать такой социализм "социализм со сверхчеловеческим лицом".

При нашем социализме будут упразднены все капиталистические экономические атрибуты -- биржи, банки и в ближайшей перспективе и сами деньги. Капитализм строится на обмене и ссуде, из спекуляции и банковских процентов возникает бастион экономического Отчуждения. Обмен при социализме будет переведен с количественного на качественный уровень и поставлен под контроль органических дифференцированных коллективных структур. При этом самим обменом будут ведать специальные социальные организации, формирующиеся из людей, наименее всего предрасположенных к "духу наживы" или эгоизму -- т.е. из людей орденско-государственной элиты, которые будут рассматривать свою деятельность как "дисциплину послушания и самопреодоления", а не как награду. Банковский рост будет упразднен и вовсе, а ссуды на первых порах будут выдаваться беспроцентно при разумно составленном обосновании (пока деньги вообще не отомрут). Частная собственность будет переведена в коллективную, но не под контроль государства, а под контроль Общины -- от семейной до национальной в зависимости от размера собственности. Деприватизация будет проведена не как новое "огосударствление", но как "национализация" в самом прямом, этимологическом смысле слова, т.е. как передача ценностей во владение органичным коллективам, составляющим естественную ткань нации. В процессе "деприватизации" будут физически уничтожены те мафиозно-паразитические структуры, которые окажут сопротивление революционному переустройству общества.

Все будет общим и даже не столько общим, сколько Божиим, так как "везде и во всем будет Бог".

Новый Социализм идет радикально не только против всех форм капитализма, но и против отчужденного, догматического, государственного, материалистически-атеистического социализма -- тоталитарного и антиселективного, где наверх выбирались худшие (они и продали в конце концов страну) и где тружеников эксплуатировала с презрением и цинизмом антинародная, антинациональная, бюрократическая верхушка. Создание нового социалистического строя возможно только через революционную борьбу с единым врагом -- с неокапитализмом и останками государственного социализма. Всю ныне существующую экономическую систему надо разрушить до основания, радикально и безжалостно. Мы построим новую экономическую структуру -- структуру Национального Социализма. Это предполагает катаклизм не меньший, чем смена предшествующих социально-экономических формаций. Даже больший, так как наша Революция будет Последней, самой великой и тотальной Революцией истории, так как мы хотим не просто сгладить эффекты ОТЧУЖДЕНИЯ, но искоренить его раз и навсегда во всех планах реальности.

Социализм -- это борьба против рока и вселенской энтропии. Когда он победит изменятся параметры не только социальной, но и физической внечеловеческой космической реальности. Человек -- это микрокосм, его внутренняя Революция повлечет за собой макрокосмическую тотальную природную и духовную Революцию. Через социальную трансформацию мы придем к Преображению всей реальности. От решения проблемы выбора экономической формации напрямую зависит судьба Вселенной, судьба мироздания. От этого зависит какой дух, ч е й дух будет править "миром сим"; будет ли это духом посланника Иного, приходящего "не во имя свое, но во имя Пославшего", или древнего змея, нынешнего "князя мира сего", пришедшего и утвердившегося как раз "во имя свое".

6. Заключение

Таковы в самых общих чертах контуры того революционного мировоззрения, которое естественным образом проявляется в ходе драматической борьбы русского народа против ныне существующего режима, но которое чаще всего не может найти адекватных слов и понятий, чтобы полноценно и объективно заявить о себе во всеуслышание. Революционное, радикальное крыло коммунистическое оппозиции, являясь по сути носителем почти тождественных идеалов, к сожалению, часто остается заложником устаревших и неприемлемых сегодня догм или соблазняется (более простым теоретически, но безысходным практически) прямым реставрационизмом (ложный лозунг "верните нам социализм", вместо правильного "да здравствует новая социалистическая революция!"). Национальные движения со своей стороны подчас из атавистического и инерциального антисоветизма становится на антисоциалистическую позицию, делая свое мировоззрение социально беспомощным и политически двусмысленным (определенные формы псевдонационализма могут успешно использоваться и антинациональной космополитической по сути либерально-капиталистической системой). Но чем дальше будет идти процесс капитализации России, чем дольше будут оставаться у власти люди Системы (старой советской, новой либеральной, или даже псевдонационалистической; кстати, как правило, это одни и те же личности!), тем яснее станет необходимость Революции и соответственно выработки ее теоретической и практической доктрины.

Пора понять, что само собой ничего не произойдет. Нельзя вернуться к старому -- ни к монархическому, ни к советскому. Чтобы реализовать идеал национальной и социальной Справедливости, чтобы осуществить великую историческую миссию богоносного народа, необходимо появление н о в о г о п о л и т и ч е с к о г о с у б ъ е к т а, сознательной и самостоятельной революционной оппозиции, способной формулировать свои конкретные требования и лозунги, не просто реагируя на ситуацию по инерции, но руководствуясь полноценной и глубоко осознанной теоретической базой, Доктриной Революции.

Этот новый политический субъект рождается на наших глазах. Великий народ пробуждается для Революции, и долг каждого русского услышать, понять и выразить голос Нации, взывающий в нашем сердце к высшему, огненному, последнему Подвигу.

На сей раз, действительно, "это есть наш последний и решительный бой."


 
FINIS MUNDI
МУЗЫКА
ЛИТЕРАТУРА
ЖИВОПИСЬ
ПОЭЗИЯ
Оглавление альманаха "КОНЕЦ МИРА"
 
РЕСУРСЫ МЕТАФИЗИКА
РЕСУРСЫ ЭРОТИКА
РЕСУРСЫ ЛИТЕРАТУРА 
РЕСУРСЫ ПОЛИТИКА-ГЕОПОЛИТИКА

 
ФОРУМ   ТРАДИЦИЯ
ФОРУМ СНЫ
ФОРУМ   ЛИТЕРАТУРА
ФОРУМ   ГЕОПОЛИТИКА
ФОРУМ   СТАРОВЕРИЕ