Julius Evola

МОЯ ВСТРЕЧА С КОДРЯНУ

        Среди вождей различных движений национального возрождения, возникших в период между двумя мировыми войнами, из тех, с которыми я имел возможность познакомиться лично, мне особенно запомнился Корнелиу Кодряну, лидер румынской Железной гвардии, как одна из наиболее благородных и чистых фигур. Весной 1936 г., во время одной из исследовательских поездок по разным странам Европы, предпринятым мной в тот период, я посетил Бухарест.
        Кодряну производил впечатление даже своим физическим обликом. Высокий, хорошо сложенный, он воплощал в себе "арийско-романский" тип, который и в Румынии имеет своих представителей, восходя, с одной стороны, к колонизации Дакии римлянами, также как и к индоевропейским обитателям наиболее древней из местных областей. Его лицо и манера говорить убеждали в том, что перед вами человек, в котором жестокость, бесчестность, неверность и предательство абсолютно невозможны. Ему также приходилось считаться с той властью, которую он имел среди своих последователей, связанных с ним отношениями очень личными и намного более глубокими чем в случае простого политического грегоризма.
        В тот период ситуация в Румынии была достаточно напряженной, если говорить об отношениях между правительством короля и Железной гвардией. Возникала атмосфера, позднее вылившаяся в продолжительную трагедию. В итальянском посольстве мне сказали, что встречаться с Кодряну не стоит; румынские власти немедленно высылали всех иностранцев, вошедших с ним в контакт. Я не прислушался к этому предостережению. Некий румын, с которым я поддерживал отношения, поскольку он интересовался традиционалистскими исследованиями, выступил в роли посредника. (1)
        Через некоторое время после того, как я выразил желание встретиться, два эмиссара тихо появились в холле отеля, в котором я жил, дабы отвести меня к своему руководителю, в знаменитую Casa Verde - Зеленый дом. Будучи построенным на окраине Бухареста самими легионерами, он являлся штаб-квартирой всего движения.
        После прохождения через то, что в Румынии является ритуалом проявления гостеприимства — гостю предлагают маленькую тарелочку с мармеладом и стакан воды — появился Кодряну и в ту же минуту, с самых первых слов между нами установилось душевное взаимопонимание. Он знал о моей книге "Восстание против современного мира", которая, будучи два года назад издана на немецком, вызвала значительный резонанс в центральной Европе. Мое желание заложить под политическую борьбу духовную и традиционную основу, совпадало с желанием Кодряну и сближало нас.
        По причине того, что я не говорю по-румынски, он объяснялся на французском, определенно волнуясь по поводу того, удается ли ему формулировать свои мысли в точной, лаконичной и обдуманной форме.
        Среди тем нашего разговора мне вспоминается интересная характеристика, которую Кодряну дал фашизму, германскому национал-социализму и своему собственному движению. Он сказал, что в любом организме существуют три принципа: телесная форма, жизненная сила и дух. Так же можно оценивать и нацию, а также движение обновления может развиваться, делая упор на тот или иной принцип. Согласно Кодряну, в фашизме доминировал принцип формы, как формообразующей политической идеи и Государства; это было наследием Рима, как образующей силы. В германском национал-социализме он видел значительную тягу к жизненной силе: права, которые в рамках национал-социализма имела раса, расовый миф, апелляции к крови и расовому, национальному сообществу. С другой стороны, для Железной гвардии точкой отсчета являлась духовная составляющая. По крайней мере, он хотел от нее отталкиваться. А под "духом" Кодряну понимал нечто, имевшее отношение также к чисто религиозным и аскетическим ценностям.
        Он говорил, что в румынском народе есть что-то дряхлое. Глубочайшее обновление, которое исходило бы из глубин индивидуума и которое было бы направлено, помимо прочего, против всего, что подчиняется желанию обогащаться, низменным интересам, политиканству и меркантилизму городов — являлось необходимым условием. Таким образом, он видел своих сторонников не партией, но движением и не верил в попытки объединения страны под эгидой сверхдемократической структуры, хотя бы и контролируемой монархией. Говоря о религиозном вопросе, Кодряну намекнул на то, что историческая ситуация в такой стране как Румыния благоприятна, заявив что православное христианство не знает противостояния между универсальной верой и национальной идеей; и таким образом национальная Церковь, Православная Церковь могла бы стать составной частью обновленного государства, как его понимала национальная революция.
        Таким образом, религиозные, мистические и аскетические ценности являлись основой в организации румынской Железной гвардии. Одно из ее подразделений называлось Легион Архангела Михаила. Там практиковались не только молитва, но и строгий пост. Для руководителей предлагалась добровольная строгая аскетическая практика; также они не должны были развлекаться на глазах у публики в театрах или на профанических праздниках. Не должны были думать о роскоши и богатстве. Да и супружество не приветствовалось, считалось что легионер должен быть свободен распоряжаться самим собой до конца.
        Также в Легионе существовала определенная мистика мертвых. Ритуал "Presente!" — "Здесь!", распространенный также у фашистов, практиковался в формах, которые некоторым виделись как магическая эвокация. Моца и Марин, два руководителя румынских легионеров и друзья Кодряну, павшие в гражданской войне в Испании, являлись объектами особого культа.
        В долгой беседе с Кодряну мы говорили на многие другие темы. Затем он сопроводил меня в машине до отеля, словно бросая вызов — я упомянул о предупреждении, сделанном мне итальянским посольством. Я спросил были ли у Железной гвардии какие-либо знаки отличия и он мне кое-что показал. Это был маленький кружок, похожий на тот, что носили в петлицах SS, когда ходили в гражданской одежде, некое изображение серой решетки на черном фоне. Я спросил, что означает этот рисунок; Кодряну ограничился шутливым ответом: "Надеюсь, это будут прутья тюремной решетки".
        К сожалению за шуткой последовали печальные последствия. Вы знаете каков был конец Кодряну. Король, совращенный своей любовницей, интриганкой Лупеску и своим "демократическим" правительством, состоявшим из элементов, связанных с масонерией и другими темными силами, решил в жесткой форме ликвидировать опасную Железную гвардию, которая объединяла наиболее чистые силы страны. Начались массовые аресты. Кодряну тоже был арестован. С ним расправились также как и с Этторе Мути (2): было объявлено, что он убит при попытке к бегству. Но этим поступком король подготовил свое собственное падение. Вначале пришел режим генерала Антонеску, некогда сторонника Кодряну. Затем Румыния почувствовала на себе глобальное поражение стран Оси и Красная армия установила в стране коммунистический режим.
        Но многие элементы Железной Гвардии выжили; в изгнании они оставались верны идее своего руководителя и были крайне активны внутри различных национальных ячеек: в Бельгии, Швейцарии, и особенно в Испании, но также и во Франции, где, насколько известно, фигурировали среди тех, кто подготовил идеологию, также имевшую в себе традиционные и духовные черты, для военизированного движения, преданного и удушенного Де Голлем, позднее перешедшую в OAS и другие организации. Наследие Кодряну не исчезло.

Примечания

(1) Согласно большинству существующих свидетельств, здесь Эвола указывает на известного историка религий Мирчу Элиаде, который в молодости также состоял в Железной гвардии.

(2) Этторе Мутти был представителем героического, легионерского фашизма таинственно убитым в трагические дни сентября 1943 г. людьми генерала-предателя Бадолио.

(En Civilta, Roma, n. 2, septiembre 1973)



Эвола

Библиотека традиционалиста | Арктогея | Ариес |Милый ангел | Вторжение | Элементы | Новый Университет

Конец мира | Каталог "Арктогеи" | FINIS MUNDI | Статьи Дугина | Книги Дугина | Поэзия | Артгалерея